В предыдущей главе мы отметили, что римское строительное мастерство пережило крушение Западной Римской империи. 

Однако бедное общество, в котором, по крайней мере за пределами Италии и Испании, отсутствовали города и настоящая городская жизнь, не давало квалифицированным строителям и каменщикам почти никакой возможности проявить свое мастерство. 

Даже богатые люди обычно жили в деревянных домах, в качестве укреплений возводили земляные валы с палисадами, и лишь немногие церкви были построены из камня; поэтому построек до середины VIII в. сохранилось крайне мало. Монументальное церковное строительство в камне возродилось лишь с появлением крупных каролингских монастырей, но даже в то время крыши нефов часто крыли деревом. Стиль построек был заимствован из римской традиции, но испытал влияние византийской и сирийской церковной архитектуры, а также воздействие местных германских, кельтских и славянских традиций деревянного зодчества. 

Наиболее заметным и оригинальным отличием новой архитектуры от римских образцов было растущее внимание к мощным вертикалям, то есть к башням. Характерным примером можно считать монастырскую церковь Сен-Рикье близ Аббвиля – массивное строение более 80 м в длину, над которым возвышалось девять башен (самая высокая достигала почти 60 м). 

Эта постройка послужила образцом для возникшей несколько позднее романской архитектуры и, возможно, способствовала развитию той страсти к строительству башен, которая придала средневековым городам характерный «остроконечный» облик. 

Несколько иным был специфический «имперский» стиль, который предпочитали при дворе Карла Великого и во владениях крупных феодалов, усвоивших имперские идеалы. Типичным произведением этого стиля является дворцовая церковь в Ахене, в которой центральное восьмиугольное пространство завершается куполом над тремя ярусами колонн и арок, – искусная вариация на мотивы византийской церкви Сан-Витале в Равенне. 

Сама церковь сравнительно невелика, но она составляла органическую часть обширного комплекса с дворцом, банями и другими зданиями. К северу от Альп теперь господствовало убеждение в том, что королевство должно управляться из центральной резиденции, даже если практически это осуществлялось лишь в течение коротких периодов.