Такая идея доказывает силу духовного направления в середине XI в. Но могущественная партия, сознававшая необходимость церковных реформ, не желала останавливаться на этом. Ее центром был монастырь в Клюни, основанный герцогом Гильомом Аквитанским в 910 г. и принявший устав святого Бенедикта подобно многим другим.

Этот монастырь, подчиненный непосредственно римской церкви и ставший главой многочисленных основанных им или добровольно приписавшихся к нему обителей, скоро приобрел большое значение в качестве главы целой конгрегации.

Эти присоединенные, «конгрегационные» монастыри не выбирали своих настоятелей, их «приоры» назначались аббатом Клюнийским.

 Старинное здание аббатства в Клюни. Самым выдающимся из аббатов, стоявшим во главе конгрегации с 994 по 1040 г. и входившим в тесные отношения с четырьмя государями: Оттоном III, Генрихом II, Конрадом II и Генрихом III, был Одилон, один из влиятельных людей своего времени. Церковная идея разрабатывалась в Клюни с возраставшей ясностью взгляда на предмет и проводилась до крайних пределов.

Два главные злоупотребления, против которых усерднее всего ратовала эта оппозиция ввиду вызываемого ими всеобщего негодования, были симония и николаизм. Под симонией клюнийцы и единомышленники понимали торговлю духовными местами, покупку или обмен церковных должностей и званий за деньги или земли.

Это был грех, родоначальником которого считался Симон Волхв (Деяния апост., 8), предложивший однажды апостолам Петру и Иоанну научить его за деньги сообщать наитие святого Духа наложением рук. Название «николаизм» заимствовано из Апокалипсиса и обозначает плотскую греховность духовных лиц. Общее негодование было резко возбуждено в двух отношениях: положение епископов тогда было столь многосторонне выгодно и блестяще, что возбуждало поползновения знатных и простых лиц.

 Никогда еще не был так верен текст: «Взыскивающий епископства взыскивает сокровища», вследствие чего таких мест домогались любыми средствами.

Но усердие преобразователей, подчиняясь духу времени, вращавшемуся среди резких противоположностей, скоро стало подводить под понятие о симонии всякое назначение духовных служителей мирской властью, а под именем «николаизма» понимать и браки духовных лиц, обычные в то время в среде низшего духовенства, на которые разумные вожди церкви смотрели как на ничтожное зло. Король Конрад при светском и практическом взгляде не стеснялся раздавать епископские кафедры и аббатства за деньги.

Любое новое назначение на высшее духовное место приносило королевской казне хороший доход. Король Генрих из уважения к церкви и строгой нравственности осудил симонию, выражая это при каждом торжественном случае.

То, что называли николаизмом, можно было прекратить лишь после уничтожения его главного источника — симонии. Таким образом, ближайшей целью реформаторов было устранение симонии. Однако оно могло исходить лишь от императора, поскольку папство издавна глубоко погрязло в этом пороке.