Приветствую Вас Гость | RSS
Вторник
25.06.2019, 16:47
Главная Регистрация Вход
Меню сайта

Категории раздела
Новая история старой Европы [182]
400-1500 годы
Символы России [102]
Тайны египетской экспедиции Наполеона [41]
Индокитай: Пепел четырех войн [72]
Выдуманная история Европы [68]
Борьба генерала Корнилова [42]
Ютландский бой [87]
“Златой” век Екатерины II [52]
Последний император [59]
Россия — Англия: неизвестная война, 1857–1907 [33]
Иван Грозный и воцарение Романовых [89]
История Рима [81]
Тайна смерти Петра II [67]
Атлантида и Древняя Русь [131]
Тайная история Украины [55]
Полная история рыцарских орденов [41]
Крестовый поход на Русь [63]
Полны чудес сказанья давно минувших дней Про громкие деянья былых богатырей
Александр Васильевич Суворов [30]
Его жизнь и военная деятельность
От Петра до Павла [46]
Забытая история Российской империи
История древнего Востока [592]

Популярное
Железо
Конец и начало поединка
Самсон
Первая империя и изучение английского
Одиссей на родине
Александр и Александрия, или Греция подводит итог
Удаление восставших плебеев на священную гору

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


Главная » 2015 » Март » 18 » Верните мне сына моего…
17:36
Верните мне сына моего…
Задолго до прихода «псов-рыцарей» в недрах земли, которую станут называть Пруссией, жили-были маленькие бородатые человечки — барздуки. Иногда они вылезали на поверхность и раскидывали под кудрявой бузиной скатерть-самобранку. Сами собой появлялись на ней мягкий хлеб да веселое хмельное пиво. Край этот носил тогда имя Самбия, что означает на давно уже мертвом языке не то «община», не то «братство», не то — «простой народ»… Первые представители «простого народа» появились здесь еще в III тысячелетии до нашей эры. И то понятно, благодатный был край: леса, в которых зверья без счета, песчаные косы, уходящие в море… Опусти в него корзину — и она тут же заполнится сельдью, угрями, осетрами да семгой. Последней ловилось столько, что ее разрешено было продавать лишь дважды в неделю, чтобы не сбивать цену. Говорят, однажды (когда на этих берегах уже «прописались» тевтонцы) вместе с семгой в рыбацкую сеть попался водяной в одежде епископа. Взглянуть на диво-дивное собрались рыцари со всей округи. Морской епископ ничего не ел — и тлел на глазах. Через пару дней его решили отпустить в море. Водяной перекрестился, низко поклонился и ушел на дно… …Давным-давно жители этих мест были совсем не похожи на современных прибалтов. Темноволосые смуглые арии, благородные воины, добрались сюда из северной Индии и Ирана. Мастерски лепили они сосуды из глины, украшая их оттисками витых шнуров. Причудливые орнаменты стерегли содержимое горшков от злых сил… А еще, как и пруссы, арии поклонялись богу молний. Звался он у них Индрой, и символом бога был огромный дуб, растущий на вершине холма… Потом сюда пришли кельты. С той поры представители местных племен стали носить гривны — тяжелые шейные украшения, которые кельты называли «торквес». Их надевали лишь по особым случаям, каковых выпадало два-три раза за всю жизнь… Однажды облаченные в торквес самбы отправились к вещим воинам Брутену и Видевуту с просьбой возглавить их народ. Видевут стал королем, Брутен — наместником богов, властелином живых душ. Время от времени Брутен или Криве-Кривайтис (так его стали называть соплеменники) созывал подданных на священную гору к бессмертному дубу. Прямо к звездам взметались искры жертвенного костра. Через него бросали куски мяса только что заколотого козла. Пока мясо жарилось — каялись в грехах да лупцевали друг друга что есть мочи. А потом пировали, потягивая священные напитки: молоко и мед… После боевой вылазки место козла занимал плененный враг. Вайделоты, хранители огня, сжигали его дотла — вместе с конем и воинским снаряжением. На том же костре обращалась в пепел и треть захваченной добычи. Ополчение самих пруссов было вооружено, в основном, дубинами. Они свято верили, что оружие им ни к чему, ибо боги не допустят их поражения. И до поры до времени боги им помогали — юный вояка Потримптс, покровитель молний Пэркунис, седобородый хозяин смерти Патолс. И невдомек им было, что после распятия и воскресения Христа прошло уже более тысячи лет… Жители Самбии по-прежнему обожествляли таинственную силу природы — землю и солнце, гром и огонь, цветущую липу и даже безобразных жаб. Еще бы — ведь они твердо знали, что после смерти непременно воплотятся в одно из этих существ… Последний языческий ритуал, который зафиксировали хроники, состоялся аж в 1520 году. Тогда к берегам давно уже христианской Пруссии направлялись корабли из Польши, которая вела перманентные боевые действия с крестоносцами. Не желая новой схватки, народ всем миром отправился к колдуну Вальтину Суплиту. То т потребовал привести к нему быка, да прикатить бочку пива. Целую ночь в присутствии мужчин он жег внутренности и кости жертвенного животного, отчаянно жестикулируя и читая молитвы. А утром суда поляков неожиданно развернулись и отправились домой — по какой-то необъяснимой причине эти берега показались им сущим адом на земле. Разумеется, на самом деле это было далеко не так. Особое северное очарование Прибалтики и сейчас пленяет наше воображение. Как и застывшая древняя смола — янтарь, который добывали здесь с незапамятных времен. Желтые кругляши самбам выносило море. Долгое время «глэзум», как они их называли, россыпями валялся на берегу — пока красоту камня не оценили римляне. Они-то и проложили великий Янтарный путь в древнюю Самбию — и нарекли ее поэтическим именем Глэзария… При Нероне в столицу империи было доставлено столько морского самоцвета, что вся арена Колизея была выложена им. Боевое снаряжение гладиаторов и даже носилки, на которых уносили убитых, — все было янтарным. Сами самбы поначалу из янтаря ничего не мастерили. Просто собирали, относили на рынок и с удивлением обнаруживали, что за него дают неплохую цену. Торговля шла настолько успешно, что сведения о поселениях древних пруссов даже попали в сочинения арабского географа Идриси. Он называл это место Гинтийар, от «гинтарс» — янтарь: «большой, цветущий город, находящийся на вершине неприступной горы, где жители укрепились от нападения викингов…» Но явился враг пострашнее викингов. Спустя годы право на торговлю янтарем присвоят себе тевтонцы. Чудодейственные свойства, которые приписывали камню, станут приносить им баснословные барыши. Всякий стремился купить украшение, способное избавить от душевного расстройства или мигрени, сердечной болезни или подагры. Измельчая лучезарную смолу в порошок, лекари готовили целебные снадобья, а за кражу янтаря карали с особой строгостью. На ночь выход из порта в реку, по который шли торговые суда, перекрывали два огромных древесных ствола. Как и пруссы, немецкие рыцари торговали необработанным камнем. Лишь изредка мастера — исключительно для личных и дипломатических нужд орденской «верхушки» — создавали шедевры, равных которым не было во всей Европе. Среди них — знаменитая янтарная комната Петергофского дворца. Ее в XVIII веке подарил Петру Великому прусский король Фридрих Вильгельм I. Впрочем, негоже нам скакать через столетия. Вернемся в те времена, когда Александр Ярославич еще не похоронил ливонцев подо льдом Чудского озера, а в Пруссии в помине не было никакого короля. Но Крестовый поход на север уже был объявлен — и вот ранней весной 1230 года на границе Польши и Пруссии появился тевтонский магистр Герман фон Бальк, призванный возглавить вторжение. Вместе с ним прибыл маршал ордена Дитрих фон Бернхайм, а также группа отборных рыцарей со своими оруженосцами. Разумеется, пруссы об их приезде ничего не знали. Как-то раз один из их отрядов, переправившись через Вислу, привычно принялся грабить польские земли. Получив донесение разведки, братья-тевтонцы, давшие слово защищать поляков от варварского разбоя, кинулись в погоню. Увидев за спиной группу вооруженных до зубов рыцарей, пруссы очень удивились — и в растерянности отступили. Но… Хороший прусс — мертвый прусс, и маленький отряд стал первой жертвой этой войны. Война не на жизнь, а на смерть — невиданные доселе грабежи, кровавые оргии и казни станут обычной практикой для обеих сторон. В результате к концу XIII века едва ли не половина коренных обитателей Пруссии будет уничтожена… В 1230 году Орден построил на Кульмской земле замок Нешаву, где разместились первые сто рыцарей-«миссионеров». Го д спустя они перейдут на правый берег Вислы и, сломив сопротивление прусского племени памеденов, возведут в устье реки замок Торн. Его руины и сейчас красуются неподалеку от Старого города. А рядом с ратушей стоит памятник, на котором написано по-латыни: «Николай Коперник, торунянин, сдвинул Землю, остановил Солнце и Небо». Первые торуняне — тевтонские рыцари — были далеки от столь высоких целей. Единственное, во что они по-настоящему верили, — исключительность орденской миссии. Без покорения ненавистных язычников само их существование теряло смысл. Они воевали не в силу обязательств и не за деньги — за идею. На подвиги тевтонцев благословлял сам Господь, и за такого сюзерена они готовы были драться до конца. Вечная война, в которой все средства хороши, а злодеяние, совершенное во имя исполнения «миссии», вполне может быть оправдано. Впрочем, в этом тевтонцев вряд ли можно назвать оригинальными — ведь о том, что никакое дело, совершенное во имя Ордена, не является грехом, сказал еще незабвенный Бернар Клервосский… Воинами рыцари были отменными. Готовые по первому сигналу обнажить мечи, они служили пожизненно. Универсальные солдаты, чем-то напоминающие роботов-андроидов из современных голливудских блокбастеров, они могли равно драться конными и пешими, штурмовать и обороняться. В перерывах между походами они постоянно оттачивали мастерство. Прибавим к этому жесточайшую дисциплину — и вот вам секрет их головокружительных успехов на Балтике. Между прочим, именно из прусского воинства вышли родоначальники многих русских дворянских фамилий — Романовы, Шереметевы, Яковлевы… Были среди них поистине блестящие офицеры — но это уже совсем другая история. Тактика Ордена в Пруссии до боли напоминала тактику крестоносцев на Ближнем Востоке. Из вновь отстроенных замков братия нападала на соседние земли. За долгие годы все было отработано до мелочей. С границы уже освоенной территории рано поутру отправлялась вооруженная группа. Едва солнце начинало клониться к закату — всадники спешивались. Здесь закладывалась следующая крепость. Обыкновенно кампания по освоению новых территорий разворачивалась летом — на зиму рыцари возвращались по домам. Прусские племена бились отчаянно, но поделать ничего не могли. Вслед за памеденами пали пагудены, затем эрмландцы. А в 1238-м воины Христовы во главе с Дитрихом Бернхаймом напали на опорный пункт пруссов — Хонеду. Два года держалась крепость — высокий каменный вал, обмазанный глиной, да частокол в два ряда. Между бревнами — слой мелких камней и земли. Во время штурма на вал лили воду, чтобы глина, которая связывала камни, становилась скользкой. Из-за частокола защитники городища могли видеть все, что происходит снаружи. Похоже, сама родная земля помогала защитникам — топкие болота, дремучие леса да воды Фришес Хафф, ныне именуемого Калининградским заливом… Но настал день, когда из-за голода они больше не могли сопротивляться. Тогда в Хонеде вспыхнул мятеж, и пруссы зверски убили своего вождя — Кодруна… Хонеда пала — крестоносцы тут же взялись за топоры. На глазах выросли укрепления из дерева, затем на их месте зодчие возвели неприступный каменный замок. Первыми строителями у тевтонцев были монахи. А позже за дело взялись артели вольнонаемных каменщиков. Они хранили тонкости своего мастерства в строжайшей тайне. Только современным исследователям удалось разгадать некоторые их секреты. В нижнюю часть стен укладывались известняковые глыбы и неотесанные камни. Когда кладка достигала человеческого роста, начинали строить из кирпичей ручной формовки — значительно крупнее и прочнее нынешних. Туда, где сушились кирпичи, часто забегали дикие звери, залетали птицы, оставляя отпечатки лап. До сих пор эти следы, словно магические обереги, красуются на крепостных стенах… В честь Германа фон Балька новый замок назвали Бальгой. Суров и величествен он был. Дом Конвента нависал над заливом на высоте 25 метров. Высокие узкие бойницы, длинные галереи с амбразурами… Под полом первого этажа находилось помещение, подобное которому есть только в замке Ордена Монфорт в Сирии, — квадрат с центральной колонной, на которую опираются ребра четырех сводов. Два глубоких рва окружали Бальгу, непоколебимой твердыней стояла крепостная стена. Выход закрывался подъемными воротами из дуба. Ни разу этот замок так и не был взят. На его стенах сохранились имена магистров Тевтонского ордена. Все они написаны красной краской, и только имя Ульриха фон Юнгингена — черной: именно он был ответствен за позор под Грюнвальдом… В XVIII–XIX веках, когда земли Пруссии станут активно заселять иммигранты из чужих земель, дом Конвента превратят в каменоломню. Не пощадят и старинное кладбище с надгробиями из гранита, мрамора и даже обсидиана. Что же — строительный материал был необходим переселенцам. Туристам будущего останутся лишь рвы с подъемными мостами, крутые береговые откосы да деревья, чуть позже привезенные сюда из Южной Америки, Японии и Скандинавии… В 1945-м их нашпигует свинцом — немцев, прижатых к заливу, расстреливали из тяжелых орудий четыре дня кряду… Огонь корректировался с помощью аэростата, поднятого над Бальгой. Сорок девять тысяч немецких солдат навсегда полегли в эту землю… А когда после войны здесь решат создать лесопильный завод, стволы деревьев будут ломать даже самые мощные пилы. И по сей день древние поля и холмы буквально пропитаны тоннами взрывоопасных материалов — по непонятной причине разминирования в крепости проводить не стали. Несмотря на это Бальга, словно магнит, до сих пор притягивает к себе искателей сокровищ. Поговаривают, что во время войны немцы завозили сюда ящики с неизвестным содержимым. За крепостной стеной ящики навсегда исчезали в разветвленной системе подземных ходов и колодцев… Последний раз организованные поиски проходили здесь в восьмидесятых годах прошлого века. Когда один из участников экспедиции погиб, подорвавшись на мине времен Второй мировой, поиски были приостановлены. Но аура тайны и сейчас витает над развалинами Бальги, вписавшей одну из первых глав в историю Прусского государства. …Уже через неделю после того, как пала Хонеда, тевтонцы заложили новый замок и назвали его Бранденбург (выходцев из этого славного немецкого города в Ордене было немало). Постепенно Пруссия покрывалась паутиной крепостей — всего их будет ровно сотня. Вокруг замков возникают поселения, которые обживают колонисты, спешащие сюда из всех уголков Римской империи. Разоренные территории заново обживаются. За расселением вновь прибывших зорко следит орденский лектор. Он же ответствен и за то, как будут осваиваться распределенные участки земли. Казалось, Пруссия покорена — приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Но не такого мнения были сами пруссы. Они словно ждали нужного момента, чтобы подняться против своих поработителей. И он настал. В начале сороковых годов XIII столетия на крепком теле тевтонского Ордена появилась брешь. Все началось с того, что русские разбили шведских крестоносцев в Неве. Одновременно Чингсхан опустошил Польшу, Чехию и Венгрию — в битве при Легнице полегло немало тевтонцев. И в довершение — сокрушительное поражение ливонских рыцарей на льду Чудского озера… Тут-то пруссы и нанесли удар. Формально поводом к восстанию явилось нарушение Орденом договора, по которому представители коренных народов имели право участвовать в управлении делами своих земель. Но из этой искры разгорелось пламя настоящей войны. Восставшие заключили союз с князем Свентопелком (Святополком) Поморским, который когда-то энергично содействовал укреплению Ордена в Пруссии. К счастью для вчерашних язычников, он быстро понял, что скрывалось за миссионерскими помыслами тевтонцев. Был у него в этом деле и личный интерес — помешать захватить дельту Вислы, что серьезно угрожало бы целостности Гданьского Поморья. С 1242 года начинается борьба Святополка с Орденом. Ей будет суждено затянуться на десять лет. «Сын дьявола… исполненный вероломства и обмана», Святополк начал перехватывать немецкие суда в нижнем течении Вислы. А летом, вторгшись в Пруссию, устроил такую бойню, что «вся почти Пруссия окрашена была христианской кровью». Устояло лишь несколько крепостей, за стенами которых и укрылись рыцари. Оттуда они нанесли несколько контрударов. Молниеносным кровопролитным штурмом была захвачена резиденция Святополка — замок Сартовице. Пять дней поморцы пытались отбить замок — тевтонцы стояли насмерть… Вслед за Сартовице был взят Вышеград. Но противник продолжал теснить — и теперь уже тевтонцам пришлось просить помощи у мазовецких князей. Рать поляков двинулась на Поморье, и Святополк запросил мира. В залог мирного договора он даже передал немцам своего старшего сына Мстивоя. Но тут же и нарушил княжеское слово, вторгшись в самое сердце орденских владений — Кульмскую землю. Как скошенная трава, полегли рыцари у Рейзонского озера — потери были столь огромны, что, по словам хрониста, женщинам после этого разрешено было выходить замуж за рабов, «дабы совсем не погибло дело веры»… Справедливости ради отметим, что восставшие пытались решить дело не только огнем и мечом. На лионском соборе 1245 года их представители потребовали у Папского престола, чтобы католическая церковь перестала поддерживать небогоугодное дело немецких крестоносцев. Однако церковь не вняла их просьбам. Два года спустя огромное рыцарское войско прибыло в Пруссию. Одновременно Орден сумел поднять против Святополка его младших братьев Самбора и Ратибора. Пришлось поморскому князю в очередной раз заключать с немцами перемирие. «Разменной монетой» в нем опять стал отданный в заложники Мстивой. Святополк потребовал возвратить ему сына, но немцы наотрез отказались. Тогда воинственный князь в третий раз поднялся против них. Снова стоном наполнилась Кульмская земля. По словам летописца, немецкие рыцари стали даже подумывать об уходе из Пруссии — но тут вмешался папа, потребовавший от славянского князя, чтобы он сложил оружие. Святополк был непреклонен: ни папа, ни император не заставят его прекратить войну — «Верните мне сына моего, если желаете иметь мир со мной!» В планы немцев, однако, это не входило. Вместо этого они вторглись в Поморье и «на протяжении девяти дней и ночей так его опустошили, что не осталось ни одного угла, в каком бы они не побывали с грабежом и поджогами». Несколько дней полыхал знаменитый Оливский монастырь, а рыцари «ушли с большой добычею». И все-таки в 1248 году Мстивой наконец был освобождён. Святополк заключил с Орденом мирный договор. Соглашения удалось достичь и с вождями большинства восставших племен. 7 февраля 1249 года помощник гроссмейстера Генрих фон Виде и прусские повстанцы в замке Христбург подписали бумагу. Пруссы обещали впредь не воевать против Ордена и участвовать во всех его походах. В обмен на это всем обращенным в христианство Папа римский даровал свободу и право становиться священниками — а феодалам даже и рыцарями! Отныне пруссы могли подавать в суд, а также наследовать, приобретать и менять собственное имущество. Правда, заключая сделку, следовало оставить Ордену залог, чтобы продавец не сбежал к язычникам. Если у кого-то не было наследников, его земля переходила в собственность Ордена (кстати, законным наследником считался только ребенок, рождённый от церковного брака). Почетной обязанностью пруссов стало строительство кирх (для каждой местности было определено необходимое их число). Они также обязались каждую церковь обеспечить восемью убами земли, платить десятину и в течение месяца поголовно креститься. Кара за отказ от обряда была более чем строгой — у родителей некрещеного ребёнка конфисковывалось все движимое и недвижимое имущество. А взрослых, не окунувшихся в купель, навсегда выгоняли из мест, где живут правоверные христиане. Такие «трофеи» вынесли из пламени десятилетней войны пруссы. Добыча тевтонцев была куда более овеществленной. Но среди добра, награбленного в богатых поморских замках, был некий артефакт, значение которого измерялось для суровых немецких рыцарей отнюдь не мерами золота. После взятия Сартовице из тьмы времен снова появляется таинственная голова — подобная той, которой посвящено столько страниц в истории Ордена тамплиеров…
Категория: Полная история рыцарских орденов | Просмотров: 578 | Добавил: historays | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Может пригодиться

Календарь
«  Март 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031

Архив записей

Интересное
В ПОИСКАХ СВЯТОГО ГРААЛЯ
Он мог бы еще заседать в Политбюро
ПРОГРАММА Народохозяйственной партии
Советские военные специалисты, погибшие в Йемене
ГОРБАЧЕВСКИЙ АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ
Во главе пищевой промышленности СССР
я р о с л а в - II (1238-1252)

Копирование материала возможно при наличии активной ссылки на www.historays.ru © 2019
Сайт управляется системой uCoz