Приветствую Вас Гость | RSS
Воскресенье
25.08.2019, 05:41
Главная Регистрация Вход
Меню сайта

Категории раздела
Новая история старой Европы [182]
400-1500 годы
Символы России [102]
Тайны египетской экспедиции Наполеона [41]
Индокитай: Пепел четырех войн [72]
Выдуманная история Европы [68]
Борьба генерала Корнилова [42]
Ютландский бой [87]
“Златой” век Екатерины II [52]
Последний император [59]
Россия — Англия: неизвестная война, 1857–1907 [33]
Иван Грозный и воцарение Романовых [89]
История Рима [81]
Тайна смерти Петра II [67]
Атлантида и Древняя Русь [132]
Тайная история Украины [55]
Полная история рыцарских орденов [41]
Крестовый поход на Русь [63]
Полны чудес сказанья давно минувших дней Про громкие деянья былых богатырей
Александр Васильевич Суворов [30]
Его жизнь и военная деятельность
От Петра до Павла [46]
Забытая история Российской империи
История древнего Востока [604]

Популярное
Гиппократова клятва
Знаменитые скульпторы
11
Мильтиад, Фемистокл и Аристид
Греция становится Грецией
Персия и царь Дарий
Век семи мудрецов, или Греция открывает закон

Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Форма входа


Главная » 2015 » Июнь » 15 » Северная война
19:19
Северная война

 То, что служилый обязан был нести ратную службу, а тяглый — жертвовать ради нужд обороны всем своим достоянием, — о чём мы писали в предыдущей главе — не является исключительно русской спецификой, и более того: война и оборона даже не чисто человеческое изобретение. Бьются за свои участки медведи и кабаны в лесу; охраняют свои гнёзда птицы; большие деревья, раскинув пошире свои кроны, лишают солнечного света траву и кустики, растущие внизу, подавляя их выживаемость и сохраняя для себя почвенные соки. 
Вот и государства на международном уровне всегда, когда предоставляется возможность, силовыми или другими методами подчиняют своей воле слабых соседей, вплоть до уничтожения их государственности, а в отношениях с сильными пытаются, так или иначе, «давить» на них. Чем, как не давлением, была блокада Московии, её отсечение от внешних рынков западными странами? Или ещё пример: Турция поддерживала крымских татар в их набегах на нашу страну. Но и мы поддерживали казаков в их нападениях на турецкую и иранскую территорию, одновременно не позволяя им своевольничать у себя. Что интересно, такому поведению государств невозможно дать качественную оценку, в смысле, определить его как «хорошее» или «плохое». 
Давление на соседей — военное, дипломатическое, торговое или даже психологическое, — оно не хорошее и не плохое, оно естественное, как способ геополитического позиционирования. Точно так и зверь позиционирует себя в стае подобных, и если не может показать зубы собрату своему, его заставят этими зубами выкусывать блох у вожака. 
В человеческих «стаях», кстати, так же. Ну, а когда иерархия уже ясна, и звери, и люди, и государства ищут себе союзников, объединяясь против более сильных. Однако все «покусывания» и «толчки», дипломатические и прочие эскапады только раскачивают ситуацию, а вот если государство, излишне раскачавшись, теряет устойчивость, и его слабость становится очевидной, то наступает время прямой агрессии против него. 
И тут нам пора вернуться к нашей истории. В конце XVII века в Московии, Польше и Швеции появляются три молодых и весьма амбициозных правителя: Пётр I, его немецкий приятель — курфюрст Саксонский Фридрих, который в 1697 стал и польским королём с именем Август II, и 16-летний Карл XII, король Швеции с 1698 года. 
Сообщим не очень известную деталь: Карл XII титуловался не «король (kung) Швеции» в современном географическомсмысле, а «кунг шведов, готтов и вандалов», то есть был правителем населения Скандинавии, Прибалтики и части Литвы — Белой Руси от Балтийского до Чёрного моря, включая бассейны Западного и Южного Буга. Пушкин в «Полтаве» не зря титулует Карла паладином, то есть наместником, а не королём Швеции. 
Чьим же он был наместником? Понятно, что турецкого султана, в серале которого (сарае, дворце) и провёл изрядную часть своей жизни. Завоевательные походы Карла XII из варяг в греки шли с севера на юг по «солнечной дороге», по-шведски — Sul v?g(произносится Солвей). Приключения его воинов изрядно засорили древнерусскую историю, а сам король попал в русские былины, сочинённые во второй половине XVIII века, под прозвищем Соловей-разбойник. 1699. — Преображенский договор Саксонии и Дании с Россией о Северном союзе против Швеции. Здесь надо напомнить, что истоком территориальных претензий России к Швеции был Столбовой мир 1617 года, по которому Швеция получила территорию от Ладожского озера до Ивангорода, а для России в очередной раз оказался закрыт выход к Балтийскому морю. Так что причину войн этого периода надо искать в интересах торговли: и ввозной, и вывозной товар дешевле, если своя страна контролирует торговые пути; дополнительный доход страны от таможенных сборов весьма значительно возрастает. Специфика России, её «особость» в том, что в силу природно-климатических условий прибавочного продукта с единицы площади здесь собирается меньше, а на простое выживание требуется больше. Это значит, что если люди внутри страны живут так же хорошо, как жители других, более благополучных стран, то не остаётся средств на развитие, и мы отстаём от соседей, а при агрессии с их стороны не остаётся средств и на простое выживание, — всё уходит на оборону. 
И отсюда можно вывести два следствия. Первое. Чтобы скомпенсировать скудость прибавочного продукта с единицы площади и в нужный момент встать вровень пусть с небольшими, но примерно равными по численности населения богатыми странами, нам требуется большая территория и доступ к мировым торговым дорогам. 
Второе.
 Наш путь во времени принципиально скачкообразный: более или менее зажиточное существование народа, сопровождаемое технологическим отставанием страны, сменяется могучим рывком страны, сопровождаемым всеобщей нищетой народа. Новый цикл в этих «русских горках», — когда происходит мобилизация общества и рывок — начинается с преддверия иностранной агрессии, которая, как это понятно народу, может вообще покончить с существованием страны. Так было при Иване IV Грозном, так было при Петре I Великом. 
И при Иосифе Сталине, кстати, тоже. Люди, которые вводили мобилизационную экономику — хоть Иван, хоть Пётр, — с одной стороны, были обычными людьми со своими недостатками и слабостями, поэтому не следует делать из них безгрешных кумиров. Но с другой стороны, не следует и безоглядно верить «клевете» элиты о них, как о бездушных злодеях. Представители аристократического слоя, сочиняя свои воспоминания, прекрасно помнили время, когда их заставляли работать в интересах государства, а не своего кармана. А. С. Пушкин: «…узнав о стараниях Швеции через польского посла [в Константинополе] Лещинского не допустить заключения [Турцией] мира с Россией по прошествию двух летнего перемирия, Пётр приступил к союзу с королями польским и датским, недавно противу Швеции заключившими тайный союз. 16-го июля [1700-го] Пётр с датским королём через посла его Павла Гейнса заключил союз, с уговором к исполнению оного не приступать прежде заключения мира между Россией и Турцией. Ноября 11-го заключён наступательный союз и с польским королём через посла его тайного советника фон Паткуля с тем, чтоб Польше начать войну того же года, а Росси и по замирению с Турцией. Пётр должен был действовать в Ингерманландии и Карелии, а польский король с саксонскими войсками в Лифляндии и Эстляндии, обещая склонить на тож и Речь Посполитую». 1700. — Заключение Константинопольского мира между Россией и Османской империей. Составление Четырёхстороннего союза России, Польши, Дании и Пруссии. 
Начало Северной войны. А. С. Пушкин: «Крымский хан старался всеми силами воспрепятствовать миру между Россией и Турцией. Он писал к султану, что Пётр, ниспровергая древние обычаи и самую веру своего народа, учреждает всё на немецкий образец, заводит новое многочисленное войско, строит флот и крепости на Днепре и на других реках, что, ежели султан не закончит мира, то сей опасный нововводитель непременно погибнет от своих подданных, в удостоверение ж слов сих просил он, чтоб прислан был верный человек. 
В самом деле, посланный от султана донёс о строении флота и крепостей. Вследствие сего верховный визирь был свержен, и султан под влиянием Швеции готов уже был объявить войну. Однакоже наш посланник Возницын, подкреплённый английским и голландским, успел заключить тридцатилетний мир 3 июня 1700, по коему Азов со старыми и новыми городками оставлен за Россиею, а новые крепости, взятые от Порты, положено разорить, а землю возвратить Порте с тем, чтоб уже никому не иметь на ней ни жительства, ни укреплений. 
Пётр торжественно праздновал заключение сего мира 18 августа». Северную войну со Швецией начали саксонские войска польского короля Августа II (ибо он был ещё и саксонским курфюрстом). В 1700 году они вступили в Ливонию, а датчане вторглись в Голштинию и изгнали тамошнего герцога, союзника Швеции. Войска Августа II осадил Ригу, 35 тысяч русских — Нарву. Опять читаем А. С. Пушкина: «Карл, оставя часть своих войск на границах русских, с прочими обратился в Ригу, на короля польского. Он до весны оставался в Дерпте. 
Из Нарвы распустил он свои манифесты (3 декабря 1700), в коих возбуждал он россиян к бунту противу царя, описывая его жестокости etc., обещая всем свою королевскую милость и грозясь в случае ослушания истребить всё огнём и мечом. Но русские остались верны». Молодой шведский король быстро разбил Данию, заключил с ней мир и двинул войска на помощь Нарве — тут и русская армия была разбита: удар 8 тысяч шведов вызвал панику, иностранные офицеры сдались в плен. Только Семёновский и Преображенский «потешные» полки устояли и выговорили условие отступить с оружием. Пётр получил известие о поражении в походе, когда спешил под Нарву с 12 000 войска с амуницией и военными снарядами. 
Согласно русской истории, он не упал духом и сказал только: «Шведы, наконец, научат и нас, как их побеждать», а шведы выпустили медаль с изображением плачущего Петра. Вслед за этим они обратились против Польши, а Россия получила передышку. Нарвское поражение дало сигнал о серьёзнейшей внешней опасности и стало той точкой во времени, за которой Россия начал разворачиваться к рывку. Под Нарвой мы потеряли всю артиллерию. Взамен отлили за следующий год 300 пушек, в том числе из снятых с церквей колоколов, и обучили две новые армии. Первая дважды разбила врага в Лифляндии, а потом присоединилась ко второй, которая направилась к устью Невы. Вместе они в ноябре 1702 года взяли крепость Нотебург (Орешек). Это был ключ к морю, и Пётр переименовал крепость в Шлиссельбург (Ключ-город). 1703. — Строительство крепости Ораниенбург на Рязанщине. 2 января в Москве вышла первая русская печатная газета «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в московском государстве и во иных окрестных странах» (затем просто «Ведомости»).
 1 мая взяли крепость Ниеншанц в устье Невы и вблизи неё, на Заячьем острове, 16 мая 1703 года заложили Санкт-Петербург. 1704. — Увеличение доходов с государственных откупов в результате централизации с 299 до 569 тыс. руб. Запрет умерщвлять детей с врождёнными дефектами или родившихся вне брака. В том же году султан Ахмет III, с извещением о своём восшествии на престол, через посла своего жаловался Петру на построение крепостей: Троицка, Каменного Затона, Таганрога и других, как на нарушение договора.
 Пётр давал послу публичную аудиенцию, но ответ обещал отдать после. 1704. — После мощного штурма русские берут Нарву.Август — Заключение Нарвского союзного договора. Восстание уральских башкир (1704–1711), недовольных произволом чиновников. В мае 1708 года А. С. Пушкин писал: «Башкирский бунт был усмирён простительною грамотою. Он продолжался с 1705 года» («Ежемесячные сочинения», 1759 год, стр. 12 в примечании). Между тем Карл XII захватил Варшаву и низложил Августа II, и война переместилась на территорию Белой Руси. Август с войском отошёл к Гродно, где соединился с Петром. Смелым манёвром Карл отрезал гродненскую армию, но Пётр и А. Д. Меншиков вывели войска из окружения. 
Тогда шведы опустошили Саксонию, и в 1706 году Августу пришлось заключить с Карлом XII мир. 1706. — По настоянию царя митрополит Новгородский устраивает приют для бездомных нищих и сирот. Открытие в Москве первого военного госпиталя со школой хирургии, анатомическим кабинетом и ботаническим садом. Открытие казённых аптек в Санкт-Петербурге, в Казани и Риге. 1708. — Введение казённой монополии на соль и табак. Шведское наступление в России. Карл XII идёт к Гродно. Казацкий гетман Мазепа, находившийся в тайных связях со шведами с 1705 года, открыто выступает на стороне Швеции против России. Летом Карл двинулся на Украину, где Мазепа обещал ему помощь и всенародную поддержку. Шведы взяли Могилёв. На соединение с ними шёл большой обоз и 16-тысячный отряд генерала Левенгаупта. У деревни Лесной 28 сентября 1708 года русское войско Петра разбило шведский отряд, захватив 7 тысяч повозок с боеприпасами и продовольствием. Позже Пётр назвал эту победу «мать Полтавской баталии». Собранные Мазепой припасы для войны захватил Меншиков. 
Пётр обратился к казакам с призывом избрать нового гетмана; казаки избрали Скоропадского. Порой можно услышать легенду о том, что князь Меншиков был «подобран» Петром I на базаре, где Александр Данилович продавал пирожки с требухой. Однако это вымысел. А. С. Пушкин писал: «Меншиков происходил от дворян белорусских. 
Никогда не был он лакеем и не продавал подовых пирогов. Это шутка бояр, принятая историками за истину». 1707–1709. — Восстание на Дону. Староверы, дезертиры, беглые холопы, казаки под предводительством атамана К. А. Булавина в течение почти двух лет сопротивляются царским войскам. Историки говорят, что «непрерывные войны заставили Россию развивать прежде всего военную промышленность». Нет, и развивать промышленность, и вести войны Россию заставил геополитический вызов. Страна втянулась в новый рывок; создавался военно-промышленный комплекс. 
Были расширены и переоборудованы старые тульские заводы; новые оружейные заводы построили в Петербурге и Сестрорецке, железоделательные — в Олонецком крае. Центром металлургии стал Урал, где возник целый промышленный район (заводы Н. А. Демидова). В Забайкалье началась работа на серебряных рудниках; в Нерчинске в 1704 году построили серебряноплавильный завод. К 1724 году тульские заводы выпускали 15 тысяч ружей и 1 тысячу пистолетов в год. Всего в 1700–1725 годах возникло около 200 мануфактур; их продукция шла в основном на военные нужды. С 1712 года Россия перестала ввозить оружие. С военными заказами связано открытие полотняных и суконных фабрик. Раньше сукно для солдатских мундиров ввозилось из-за границы; Пётр принял меры, чтобы производить его в России. Создавались новые отрасли фабричного производства: шёлковая и кожевенная, бумажная и шляпная, ковровая, цементная, сахарная, обойная. Военные потребности тянули за собой всю экономику и общественную жизнь! Поощрялась частная инициатива и предпринимательство, правительство давало фабрикантам кредиты. Пётр продолжал начатую до него политику протекционизма, например, запретил ввозить заграничные чулки, дабы обеспечить сбыт Московской чулочной фабрике. Считая отечественное производство иголок достаточным, Пётр не стал повышать ввозную пошлину, а попросту запретил ввоз, но потребовал, чтобы цена на иголки фабрик Томилина и Рюмина была ниже, чем цена импортных игл. Для иных иностранных товаров, которые могли производиться в России, вводились высокие пошлины, до 40 % в валюте. Квалифицированных рабочих не хватало, их выписывали из-за границы, а рынок своей рабочей силы практически отсутствовал. Благодарятому, что мануфактуры создавались в условиях крепостничества, была возможность посылать для работы на них бродяг и преступников. Появилась практика «приписывания» к казённым мануфактурам государственных крестьян, которые отрабатывали государственные подати. Эти крестьяне так и назывались приписными.В 1721 году купцам разрешили покупать и приписывать к своим заводам деревни, но крестьяне становились собственностью не купцов, а этих предприятий; такие крестьяне назывались посессионными. Для подготовки специалистов в 1711 году при мануфактурах были учреждены ремесленные школы; началось профессиональное образование рабочих. Покровительство государства производству и ремеслу выразилось также в создании в городах в 1722 году цехового устройства: всех ремесленников записали в цехи по профессиям, кстати, строго регламентируя качество продукции. …25 апреля 1709 года шведы осадили Полтаву. 1709. — Полтавское сражение. Баталия кончилась тем, что шведы бежали, потеряв более 9000 человек убитыми и 3000 пленными; сам Карл XII и бывший гетман Мазепа бежали в Турцию. Наши потери составили 1345 убитыми и 3300 ранеными. Карл XII восемнадцать лет воевал против Петра отнюдь не потому, что претендовал на московскую корону. Он открыто заявлял, что причина его личнойвойны против Петра и Августа заключается в вопиющем, по его мнению, вероломстве этих родственничков, которые, заключив с ним договор о дружбе (прямо скажем, вынужденный), за его спиной сговорились поделить его земли. Более того, Пётр дождался получения шведских пушек по заключённому договору, и через три дня начал нарвскую кампанию. Наш царь умел показывать зубы! Обиженный швед (с соизволения турецкого султана) серьёзно оттрепал Петра в 1700 году под Нарвой, и практически вывел из политики польскую сторону в 1704-м. Впрочем, личный момент присутствовал и с российской стороны. А. С. Пушкин: «Пётр был столь же озлоблен; и когда английский и голландский министры вздумали было от войны его удерживать, то он, в ярости выхватив шпагу…, клялся не вложить оной в ножны, пока не отомстит Карлу за себя и за союзников. Если же их державы вздумают ему препятствовать, то он клялся пресечь с ними всякое сообщение и обещался удержать у себя (в подражание Карлу) имения их подданных, находящихся в России». И вот, через пять лет Карл и Пётр встретились под Полтавой, и Пётр своими решительными действиями с лихвой рассчитался с Карлом за нарвскую обиду 1700 года. А ведь Карл, о чём пишут шведские исследователи, имел двукратное превосходство в численности регулярных войск и шестикратное — в артиллерии и боеприпасах! Е. В. Тарле («Северная война и шведское нашествие на Россию») сообщает: «В генеральной баталии, шедшей с 9 до 11 часов утра, участвовало русской пехоты всего 10 тыс человек „в первой линии", а прочие „ещё и в баталию не в ступили". Этот факт, старательно замалчиваемый всеми без исключения западными историками Полтавской битвы, стоит подчеркнуть, также как и другой факт, категорически опровергающий выдумку Нордберга (сдавшегося в плен в конце битвы), будто шведы начали своё „отступление", лишь пробыв несколько часов близ поля битвы. Наши источники отмечают, что сдавшаяся под Полтавой шведская армия „большая часть с ружьём и с лошадями отдалась и в плен взяты". Только на самом „боевом месте и у редут" пересчитано было 9224 неприятельских трупа. Русская кавалерия преследовала разбежавшихся в разных направлениях шведов: „В погоне же за бегущим неприятелем гнала ноша кавалерия болши полуторы мили, пока лошади утомились и иттить не могли", и „от самой Полтавы в циркумференции [в окружности] мили на три и болшина всех полях и лесах мёртвые неприятелские телеса обретались". Пришлось разбросать кавалерию для преследования и добивания разбежавшихся. Поспешное бегство главной массы к Днепру отсрочило взятие их всех в плен на трое суток». Деморализованная армия Карла бежала, и почти все, кроме свиты, погибли. Многие сдались ещё до начала основного боя. Когда к Петру привели пленных шведских военачальников, им было велено сдать шпаги, после чего Пётр, знавший о хвастливых речах Карла накануне битвы, сказал: «Вчерашнего числа брат мой король Карл просил вас в шатры мои на обед, и вы по обещанию в шатры мои прибыли, а брат мой Карл ко мне с вами в шатёр не пожаловал, в чём пароля своего не сдержал, я его весьма ожидал и сердечно желал, чтоб он в шатрах моих обедал, но когда его величество не изволил пожаловать ко мне на обед, то прошу вас в шатрах моих отобедать». За обедом Реншильд и Пипер сказали Шереметеву, что они многократно советовали королю прекратить войну с Россией, заключив с нею вечный мир. Все, кроме Левенгаупта, думали, что под Полтавой встретятся с войском, вроде того, что было при Нарве в 1700 году, «или мало поисправнее того». Никто не подозревал, что у России такое сильное регулярное войско: только Левенгаупт утверждал, что «Россия пред всеми имеет лучшее войско». Однако интересно, что прославление Полтавской битвы и придание ей нынешнего значения в глазах общественного мнения началось через много-много лет, уже после завоевания Екатериной II Малороссии. Первая памятная доска об этом событии в Санкт-Петербурге, с надписью, сочинённой Г. Рубаном, датирована 1778 годом. Ни однойоды в честь полтавской победы до 1751 года, когда об этом событии напомнил в оде к Елизавете совсем ещё юный тогда Михайла Херасков, написано не было, хотя по поводу других побед их было немало (например, «На взятие Хотина» Ломоносова, 1739). Молчали об этом событии известные писатели того времени Прокопович, Сумароков и Тредьяковский. Ничего по поводу полтавской победы не написал и поэт А. Кантемир, хотя его отец, молдавский господарь Д. Кантемир, писатель и историк, был сначала союзником, а потом и ближайшим сподвижником Петра I. В трудах же самого Д. Кантемира, посвящённых истории Молдавии, Полтавская битва, в результате которой Карл XII оказался в столице Молдавии г. Бендеры, представлена частным эпизодом в ходе ликвидации Молдавской автономии Османской империей в ходе русско-турецкой войны… 1710–1713 годов. Особо отмечаем даты, так как согласно русским источникам эта война была окончена уже в 1711году, когда Пётр попал в окружение к Мехмет-паше. Но не только в молдавских, но и в других источниках (в частности, черногорских) есть сведения о русско-турецкой войне 1710–1713 годов. Что за война, откуда взялась, и куда делась?.. Загадка. Битва под Полтавой была стратегически важной, и ведь это был единственный крупный военный успех Петра на юге страны. Но мы говорили уже: историки выбирают для своей истории только то, что нужно власти. По каким-то причинам при жизни Петра упоминать эту битву было не принято, о ней и не писали. Но затем возвеличивание сражения под Полтавой оказалось нужным Екатерине II, для её собственной редакции истории России, и о нём стали писать. Сам Карл XII в этом сражении участия не принимал, потому что накануне был случайно ранен в ногу и лежал с температурой, а шведскими войсками командовали вовсе не шведы, а немцы: Левенгаупт, Крейц, Розен, Шлипенбах и другие, впрочем, как и нашими войсками. Место захоронения шведов, погибших в этой битве, вообще неизвестно, а место захоронения русских называется «Шведской могилой». Древняя белорусско-литовская столица город Полтава в 1709 году в «екатерининской» редакции оказывается казачьим хутором, едва вмещающим 4000 человек, однако при этом там обороняется от осаждающих её шведов гарнизон полковника Келина как раз численностью в 4000 человек, да ещё тут же путается 2500 вооружённых горожан. Но ежели так, то численность населения «скромного казачьего хутора Полтавы» никак не могла быть меньше 10 000 человек. Самое забавное, что фамилия прославленного впоследствии в «екатерининской» редакции полковника Полтавского гарнизона — Келин, не русская, а как раз шведская ( kelenозначает по-шведски «баловень»). …После двухнедельного пиршества по случаю Полтавской победы Пётр на три недели заболел, а потом отправился осаждать Ригу и, закрепляя успех, покорил Лифляндию. В декабре он торжественно въехал в Москву, а 1 января здесь был устроен особенно пышный «триумф». А Карла XII «с триумфом» встретили янычары в Бендерах, где он и поселился: турецкая казна брала на себя все расходы по содержанию шведов (см. С. Э. Цветков, «Карл XII», стр. 356). Был ли он гостемОсманской империи, или получившим отпуск паладином, судить трудно. Напомним, что Турция оставалась сильнейшей державой мира, а память о временах, когда все христианские владыки получали помазание на власть у патриарха в Царьграде, ещё могла быть жива. Победа изменила соотношение сил в Европе и закрепила Прибалтику за Россией. Август II и Дания снова заключили с Петром союз, а позже, в 1714 году к союзу присоединилась Пруссия. Пока шёл быстрый рост мощи России, Карл, сидя в Турции, призывал к войне с нею, уговаривая султана (а пуще самого себя), что Россия истощена. Осенью 1710 года Турция начала против нашей страны войну. И хотя мобилизационная экономика не достигла ещё пределов роста, сила у России уже была. Пётр, рассчитывая на помощь христианских народов Балкан, вступил в Молдавию и перешёл Прут. Здесь, в Прутском походе, 200 тысяч турок окружили 40 тысяч русских, но разгромить их не смогли. Ловкость дипломата П. П. Шафирова (Шапиро) и подарки визирю ускорили заключение Прутского мира (12 июня 1711 года): Россия возвращала Турции Азов, разрушала крепость в Таганроге, выводила из Польши войска. Затем ещё дважды Россия подвергалась нападению Турции. Даже собрав все силы в рывке, наша страна не могла решать все проблемы сразу. Ивану IV удалась целиком лишь попытка выхода по Волге на Каспий. Выйти к Чёрному морю не смогли окончательно ни Иван, ни Пётр. Зато Пётр, отступив на юге, закрепил военные успехи на севере. Наша армия вступила в Померанию и взяла Штеттин, Гельсингфорс и всю Финляндию. 27 июля 1714 года произошло сражение при мысе Гангут, и это была первая победа русских на море. Усиление России обострило наши отношения с Англией, которая не только подталкивала Турцию к новой войне с Россией, но и послала свою эскадру на Балтику. В 1718 году Швеция пошла на мирные переговоры с Россией, однако война продолжалась; в том же году Карл погиб при осаде крепости в Норвегии. В 1719-м русский десант высадился у Стокгольма; затем в переговорах участвовала сестра покойного Карла XII королева Ульрика-Элеонора. 27 июля 1720 года Россия одержала крупную морскую победу при острове Гренгам. 30 августа 1721 года в финском городе Ништадт Швеция и Россия подписали мир: Россия получила Лифляндию, Эстляндию, Карелию и бассейн Невы. Наконец, то, чего Россия добивалась на протяжении нескольких веков — выход к Балтике, было достигнуто. Северная война закончилась. Сам Пётр считал одержанную победу самой большой радостью в своей жизни. «Великая Северная война и тесносвязанные с ней преобразования Петра Великого, закончившие период борьбы Московского государства за своё существование и обеспечившие на будущее время его политическую самостоятельность и внутреннее развитие, потребовали от народа чрезмерных усилий и жертв». — пишет Н. П. Павлов-Сильванский (выделено нами). Жертвы не были напрасными: они обеспечили России величие на столетия вперёд. 1721, январь. — Учреждение Духовной коллегии (будущего Святейшего синода). Московское патриаршество заменено соборным коллегиальным правлением, которому поручено ведать текущими церковными делами и осуществлять контроль за духовенством. Октябрь. — Продолжавшиеся месяц празднества в столице по поводу окончания Северной войны завершились торжественной церемонией: Сенат упразднил титул царя, и 22 октября канцлер Г. И. Головкин от имени Сената преподнёс Петру I титул императора. При жизни Петра его новый статус императора признали Швеция, Дания, Пруссия, Голландия и Венеция. В том же году по императорскому указу был создан Балтийский военно-морской флот; к 1725 году он состоял из 32 линкоров, 16 фрегатов, 8 шняв, 85 галер и господствовал на Балтике.
Категория: От Петра до Павла | Просмотров: 960 | Добавил: historays | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Может пригодиться

Календарь
«  Июнь 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930

Архив записей

Интересное
Национально-освободительная война народа Лаоса
ЦАРЬ И ВИТТЕ
В а с и л и й ш у й с к и й (1606-1610)
НЕВИДИМКИ
Работа в ЦК ВКП(б)
4
Из дневника офицера-зенитчика

Копирование материала возможно при наличии активной ссылки на www.historays.ru © 2019
Сайт управляется системой uCoz