Приветствую Вас Гость | RSS
Воскресенье
19.01.2020, 07:21
Главная Регистрация Вход
Меню сайта

Категории раздела
Новая история старой Европы [182]
400-1500 годы
Символы России [102]
Тайны египетской экспедиции Наполеона [41]
Индокитай: Пепел четырех войн [72]
Выдуманная история Европы [68]
Борьба генерала Корнилова [42]
Ютландский бой [87]
“Златой” век Екатерины II [52]
Последний император [59]
Россия — Англия: неизвестная война, 1857–1907 [33]
Иван Грозный и воцарение Романовых [89]
История Рима [81]
Тайна смерти Петра II [67]
Атлантида и Древняя Русь [132]
Тайная история Украины [55]
Полная история рыцарских орденов [41]
Крестовый поход на Русь [63]
Полны чудес сказанья давно минувших дней Про громкие деянья былых богатырей
Александр Васильевич Суворов [30]
Его жизнь и военная деятельность
От Петра до Павла [46]
Забытая история Российской империи
История древнего Востока [630]

Популярное
Поход через Геллеспонт, Фракию и Македонию
Европейские государства около 750 г.
Организатор
Самые-самые
Рабы среди свободных
Алтарь из Тараскона. Франция.
Халифы-марионетки

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


Главная » 2014 » Апрель » 13 » Мосты воспоминаний и аналогий.
12:11
Мосты воспоминаний и аналогий.

 Семипалатинская область. Здесь, в 10 километрах восточнее населенного пункта Жаланашколь, по гористой пустынной местности проходит советско-китайская граница. И днем и ночью несли боевую вахту советские пограничники, готовые в любой момент дать решительный отпор провокационным вылазкам строптивого соседа.
Именно в этом районе с 9 по 12 августа 1969 года дозоры советских пограничников обнаружили, что к границе скрытно подтягивались китайские регулярные воинские подразделения. 12 августа на китайском посту Теректы находилось несколько войсковых подразделений, велось усиленное наблюдение за нашей территорией. 
К рассвету 13 августа у нашей границы было сосредоточено уже до 150 вооруженных маоистов. Советские пограничники видели, как на той стороне велись работы по наведению линий связи. Утром 13 августа три группы китайских военнослужащих, по 10–12 человек в каждой, нарушили советскую государственную границу и углубились на советскую территорию.
Наглая выходка маоистов не застала советских пограничников врасплох. Стремясь предотвратить осложнение обстановки, они не раз давали предупредительные сигналы, даже вызывали на встречу представителя пограничной охраны КНР.
 Однако маоисты уклонились от встречи, пренебрегли предупреждениями. Проникнув на 700 метров на нашу территорию, нарушители пытались закрепиться на ней, открыли огонь.
Наши пограничники предприняли ответные действия. Завязался бой, который длился более часа. Китайские провокаторы попытались подтянуть в район боя еще две группы военнослужащих численностью 60–70 человек. Но часовые наших границ под руководством подполковника П.И. Никитенко отбросили маоистов с советской территории. На поле боя остались лежать трупы провокаторов, автоматы, карабины, пистолеты, ручные противотанковые гранаты, даже две кинокамеры и несколько фотоаппаратов. Двое китайских военнослужащих – нарушителей государственной границы СССР были задержаны.
В Политическом управлении пограничных войск мне сообщили о некоторых подробностях боя в районе населенного пункта Жаланашколь: в 7 часов 50 минут (местное время) 13 августа нарушители заняли господствующую высоту в районе границы и в 7 часов 55 минут открыли огонь. «Выбить нарушителей! – таков был приказ пограничникам. Одними из первых прорвались на скалистую высоту рядовой В. Рязанов и сержант М Дулепов. Ведя непрерывный огонь из автоматов, забрасывая налетчиков фанатами, они обеспечили захват высоты. Даже будучи тяжело раненными, они продолжали вести бой. Когда Дулепов потерял сознание, его вынесли с высоты под огнем ефрейтор А. Свистунов и рядовой Н. Шеплепов.
Пограничники во главе с капитаном П. Теребенковым и старшим лейтенантом В. Ольшевским скрытно обошла высоту. Они воспрепятствовали своим огнем подходу новых подразделений, отбросили нарушителей за линию государственной границы. В бою оба офицера были ранены, но продолжали оставаться на огневых позициях.
Пример мужества показал экипаж бронетранспортера под командованием заместителя начальника заставы младшего лейтенанта Владимира Пучкова. Офицер получил ранение, но по-прежнему руководил боем. Его боевая машина – БТР прорвалась в тыл нарушителей, огнем подавила сопротивление. До конца сражения раненый водитель бронетранспортера Виктор Пищулев не оставил управление машиной.
Исключительно решительно и смело действовала группа лейтенанта Евгения Говора. Именно пограничниками Е. Говора были задержаны два вооруженных нарушителя.
Рядовой В. Дедунов прикрывал огнем действия капитана П. Теребенкова. Когда офицер был ранен, первую помощь командиру оказал рядовой В. Малахов. Огнем из автомата рядовой В. Дедунов отсек группу китайских военнослужащих. Этим он спас жизнь рядовому В. Труфанову и сержанту Н. Исачкову.
Тактически грамотно, инициативно действовал экипаж БТР, в котором находились сержант Г. Орищенко, наводчик В. Кондаков, механик-водитель рядовой В. Ульянов. Чтобы ввести в заблуждение налетчиков, БТР произвел обманный маневр, затем незаметно спустился в лощину, зашел во фланг нарушителям и огнем из пулемета преградил им путь к отходу.
Умело и активно действовал экипаж бронетранспортера в составе младшего сержанта А. Мурзина, механика-водителя В. Слепова, наводчика рядового В. Заварницына. 
Пограничники огнем прижали нарушителей к земле и нескольких уничтожили. Меткими выстрелами В. Заварницына был сражен китайский гранатометчик, пытавшийся подбить бронетранспортер.
Оценку действиям советских пограничников просто, по-солдатски дал раненый в бою рядовой В. Кирпичев: «Я не видел ни одного нашего человека, который бы испугался опасности или отступил. Ребята – просто молодцы!»
Наглая провокация, как об этом сообщалось в ноте МИД СССР Министерству иностранных дел КНР от 13 августа, окончилась провалом. Нарушители государственной границы СССР были разгромлены и выброшены с нашей территории.
В марте 1969 года совершили серию вооруженных провокаций на границе с СССР – на острове Даманском для того, чтобы умышленно создать обстановку антисоветского психоза перед IX съездом КПК. Августовская провокация понадобилась Пекину перед созывом сессии Всекитайского собрания народных представителей, которая, как и IX съезд, должна узаконить антисоветский курс пекинского руководства.
Провокации на границе с СССР должны, по расчетам Пекина, накалить обстановку в стране, отвлечь внимание народа от внутренних трудностей и, в частности, создать нужный маоис-там политический климат для расправы со всеми инакомыслящими в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, население которого оказывало растущее сопротивление великоханьскому шовинизму.
…Паренек в лихо надвинутой зеленой фуражке, в очках, Валерий Кондаков – один из ближайших друзей Миши Дулепова. Они вместе штурмовали сопку у «Каменных ворот». Миша карабкался по кручам, укрываясь от бандитских пуль нарушителей, Валерий поддерживал атаку пограничников пулеметным огнем из бронетранспортера.
– Бой был нелегким, – вспоминал Валерий. – Нарушители окопались на сопках и вели прицельный огонь. Вдруг кто-то постучал к нам в БТР. «Валер, тебя спрашивает сержант Дулепов», – позвал меня водитель В. Ульянов. – «Где он?» – «Здесь, у БТР».
«Миша, где ты?» – позвал Валерий, высунувшись через боковой люк. Но Дулепова уже не было. Он бежал с атакующей группой, так и не успев, видимо, что-то сказать другу.
Прикрывая товарища, Валерий открыл огонь по вершине сопки. Очередью он снял сразу два расчета гранатометчиков.
– Все будет так, как и должно быть, – повторил он любимую дулеповскую поговорку, привезенную другом сюда, в казахскую степь, с берегов далекой Камы.
Миша был ранен в плечо. Еще в самом начале атаки. Но он продолжал идти вперед.
– Врешь, мы дойдем. Все равно дойдем, – повторял пограничник, карабкаясь по скалистой сопке.
– До вершины оставалось метров пятнадцать, – вспоминал младший сержант М. Бабичев. – Миша был рядом. Он кинул две гранаты, снял кольцо третьей… В этот момент две пули с соседней сопки сразили Мишу. Он успел кинуть фанату.
– Славный был парень, прекрасный друг, – протирая задумчиво очки, говорил Валерий Кондаков. – Мы ведь друзья детства. 
Вместе учились в школе. Жили в поселке Сылва, что в 50 километрах от Перми. Работали на стекольном заводе. Миша часто приходил ко мне. Он мог часами просиживать, смотрел, как я рисую. Однажды и он сел за мольберт. Получилось неплохо. Здесь, в части, мы уже рисовали вдвоем.
– Он хорошо пел, играл на гитаре, – вспоминал М. Бабичев. «Забота у нас такая, забота наша простая. Была бы страна родная…», – это была его любимая песня.
Своей жизнью он спел ее до конца. С честью солдата.
В бою 13 августа пал рядовой Виталий Рязанов.
– Он шел в первых рядах на правом фланге атакующих, – говорил раненный в голову капитан П.С. Теребенков. – У нас было два пути штурма – по пологому склону сопки, более удобному для продвижения, но сильно простреливаемому; другой – по крутой, почти отвесной стороне высоты. Второй путь безусловно более трудный, но там создавалось непростреливаемое, так называемое мертвое пространство. И мы пошли этим путем. Нас было семеро. Люди выбивались из сил. Срывались, скатывались вниз. Но вставали и вновь упорно карабкались к вершине. У подножия был наш БТР. Он надежно прикрывал атаку огнем. Когда дошли до середины сопки, был ранен Рязанов. С вершины пограничников забросали фанатами. Но бойцы шли вперед. Тяжело ранен Труфанов. Еще раз ранен Рязанов…
До вершины двадцать, пятнадцать, десять метров… Виталий Рязанов, зажав в руке автомат, продолжал идти. Его зеленая фуражка уже на вершине. «Дошли! – промелькнула мгновенная мысль. – Дошли! Сопка наша!» – возможно, это была его последняя мысль. Пуля провокатора пробила голову. Солдат упал ничком.
– Он был еще жив, когда я выносил его с высоты, – говорил рядовой Виктор Малахов. – Я ему тогда кричал: «Виталий, держись! Высоту взяли!»
Но сознание так больше и не вернулось к нему. Виталий Рязанов, двадцатилетний паренек из Златоуста, первым дошел до вершины сопки.
– Мы дружили с Виталием. Вместе учились на курсах связистов. Затем пошли на одну заставу. В казарме наши койки были рядом. Он был скромным, застенчивым, молчаливым. Любил радиотехнику, собирал приемник. Много читал, как, впрочем, и другие пограничники на заставе…
Дорогой ценой заплатили провокаторы за смерть советских пограничников – Михаила Дулепова и Виталия Рязанова. Мы рассматривали трофеи, добытые в бою. Карабины, пулеметы, пистолеты… Рядом вещевые мешки нарушителей.
– Рассчитывали продержаться на нашей земле, но напрасно! – сказал стоявший рядом пограничник. – Видите, даже взяли с собой кинокамеры и фотоаппараты. Отсняли восемь катушек, четыре не успели…
… Им было по двадцать. Веселый паренек с Камы Дулепов и скромный, задумчивый из Златоуста Рязанов.
Полдень. Все местное население этого районного центра вышло на улицу. Провожали в последний путь павших смертью храбрых защитников рубежей нашей страны.
Над свежими могилами грянул залп…
– Враг не прошел и не пройдет, – говорил мне генерал армии Николай Григорьевич Лященко, бывший тогда командующим Туркестанского округа. Он воевал в Отечественную под Сталинградом, Москвой, Ленинградом, Курском, брал Берлин. В 1979-м он был заместителем Председателя Советского Комитета поддержки народов Индокитая… Я был постоянным членом Президиума этого Комитета. В 1981-м мы проехали вместе многие километры по Вьетнаму и Камбодже… Военный опыт Н.Г. Лященко был очень важен для вьетнамцев.
* * *
* * *
* * *
Угрожая «вторым уроком», пекинские спецслужбы засылали во Вьетнам шпионско-диверсионные группы. За вторую половину 1979 года и начало 1980 года были выявлены свыше 400 таких групп. Только в ноябре 1979 года пекинский разведцентр направил в районы Монгкай и Биньлиеу провинции Куангнинь 15 шпионских отрядов. Этим же центром созданы гак называемые «рабочие бригады этнических китайцев», сформированные из числа ранее вернувшихся в Китай вьетнамцев китайского происхождения. Их тайно перебрасывали во Вьетнам для сбора разведывательных данных.
Девятнадцатилетний Е. Цзиминь, командир разведывательного отделения роты особого назначения, входившей в состав отдельной дивизии Куньминского военного округа, был взят в плен в 1981 году. Он давал показания о своих действиях на территории СРВ.
– Нам поручили разведать обстановку на высотах 21, 22, 23, 24 в уезде Меовак провинции Хатуен. Подразделение смогло проникнуть лишь в зону двух высот. Минные поля помешали продолжать операцию. Мы решили вернуться в Китай, хотя знали, что будем строго наказаны за невыполнение задания.
– В начале мая 1981 года, – продолжал шпион, – нас, командиров отделений и взводов, собрал заместитель политкомиссара полка. Он сказал, что мы должны нанести удар по Вьетнаму. Это, мол, позволит улучшить положение на границе и оказать помощь нашим людям в Кампучии и Таиланде. От высокого начальства в Пекине была получена телеграмма, согласно которой наше командование разработало план «выдергивания гвоздей», то есть занятия ряда высот на вьетнамской территории.
Это «вьдергивание гвоздей» было поручено второй отдельной дивизии. Подготовка сопровождалась кампанией разжигания у солдат ненависти к Вьетнаму.
– У каждой из шпионских групп, забрасываемых во Вьетнам, свои цели и задания, – показал Е. Цзиминь. – Это сбор экономической и политической информации, ведение пропагандистской работы среди вьетнамского населения, составление карт вьетнамских оборонительных укреплений, проведение экономических диверсий.
Применялись и другие формы подрывной деятельности. С переходом Пекина к открытым враждебным действиям против Вьетнама Китай прекратил торгово-экономические отношения с этой страной. Никакие китайские товары не поступали внешнеторговым организациям СРВ. Однако китайские власти развернули так называемую «пограничную торговлю» на северных рубежах Вьетнама.
Что представляла собой эта «торговля»?
Целая система «государственных магазинов» была создана на китайской территории вдоль вьетнамской и лаосской границы. Здесь, казалось бы, свободно продавались потребительские товары, в которых остро нуждались сами китайцы. Но жителей КНР в эти «магазины» не пускали, они были рассчитаны на представителей национальных меньшинств северных горных районов… СРВ. Их стремились завлечь на китайскую сторону под предлогом посещения родственников и приобретения товаров в Китае. Для этого предоставлялись всевозможные «льготы»: нет юаней – можно платить донгами, нет денег – получите товар в долг или в обмен на другой товар.
При совершении сделки «продавец» заводил разговоры с покупателем о том, например, где на границе больше всего вьетнамских солдат, какие слухи ходят среди населения. Выражая «сочувствие тяготам жизни» клиента, он часто просил об «услуге» – передать пачку листовок своему «знакомому» на вьетнамской стороне.
Как отмечала газета «Куан дой нян зан», орган министерства обороны СРВ, пограничные «государственные магазины» – это почти не замаскированные центры экономической и военной подрывной деятельности против Вьетнама и Лаоса, массового сбора шпионской информации. Это – также форма психологической войны, подкупа, подстрекательства, раскола единства горных народностей севера Вьетнама.
Схемы и тактические планы спецслужб изменялись в зависимости от развития международной обстановки, но стратегические цели исходили из главной направляющей идеи пекинской группировки – великодержавного шовинизма, экспансионизма и гегемонизма. Предательство интересов вьетнамского народа во время войны Сопротивления против американских агрессоров, вскармливание полпотовских бандитов, различных реакционных элементов, наконец, вооруженное вторжение во Вьетнам и угрозы прибегнуть к новой агрессии, политические интриги, шантаж и диверсии, шпионаж и экономическое давление, попытки создать своеобразный «консорциум» из вьетнамских, лаосских и кхмерских контрреволюционеров всех мастей и оттенков – вот что противопоставили маоисты стремлению народов Индокитая к свободе, независимости, миру и социальному прогрессу.
Нельзя было не видеть, что цели маоистов во многом напоминали задачи, которые ставили перед собой империалистические круги США. Каждой интервенционистской акции Вашингтона в Индокитае неизменно предшествовала «подготовительная» работа американской разведки. Вторжению китайских войск на территорию СРВ также прокладывали путь пекинские спецслужбы. Как Вашингтон пользовался рекомендациями и «детальной информацией» ЦРУ, планируя эскалацию агрессии в Индокитае, так и Пекин отводил своим спецслужбам роль первого эшелона в проведении экспансионистской политики.
Категория: Индокитай: Пепел четырех войн | Просмотров: 1075 | Добавил: historays | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Может пригодиться

Календарь
«  Апрель 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

Архив записей

Интересное
МОЗГ И ВСЕЛЕННАЯ
П а в е л - I (1796-1801)
Ворошилов – Председатель Президиума Верховного Совета СССР
и о а н н - III (1462-1505)
ВСЕПОДДАННЕЙШИЙ ДОКЛАД СТАТС-СЕКРЕТАРЯ ГРАФА ВИТТЕ
Общая характеристика 10-го столетия
ПРОГРАММА Российской социал-демократической рабочей партии

Копирование материала возможно при наличии активной ссылки на www.historays.ru © 2020
Сайт управляется системой uCoz