Приветствую Вас Гость | RSS
Вторник
25.07.2017, 09:35
Главная Мировая история Регистрация Вход
Меню сайта

Категории раздела
Происхождения римского народа [33]
О знаменитых людях
Загадка Гитлера [7]
Ален де Бенуа
Законы Хаммурапи [34]
РАПОРТЫ РУССКИХ ВОЕНАЧАЛЬНИКОВ О БОРОДИНСКОМ СРАЖЕНИИ [27]
Мифы древнего мира [100]
БЛИЖНИЙ ВОСТОК [65]
История десяти тысячелетий
Занимательная Греция [160]
История в средние века [271]
История Грузии [103]
История Армении [152]
Средние века [50]
ИСТОРИЯ МАХНОВСКОГО ДВИЖЕНИЯ [56]
Россия в первой мировой войне [157]
Период первой мировой войны был одним из важнейших рубежей мировой истории...
СССР [110]
Империя Добра
Россия, Китай и евреи [36]

Популярное
Поликратов перстень
22
Фермопилы
Вторая Мессенская война: Аристомен помощь наркозависимым
Публиий Деций Мус отец
Г.-м. Панчулидзев г.-л. кн. Голицыну
Диоген в бочке

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


Главная » Файлы » Мифы древнего мира

Военные действия Афин и внутренние смуты
29.03.2011, 15:33
(413…408 г. до Р. X.). Первое известие о понесенном афинянами ужасном поражении было принесено одним чужестранцем, сошедшим на берег в Пирее; затем эту весть распространил один человек из Пирейской гавани. Но так как он не мог найти и назвать имени того, кто передал ему это известие, то народ предал его пытке, как легкомысленного распространителя зловредных слухов. Но вскоре явились беглецы и путешественники, которые вполне подтвердили этот слух. Отчаяние сделалось всеобщим. Но понемногу афиняне ободрились. Из пожилых и известных своим благоразумием людей был составлен комитет в числе десяти человек. Этот комитет должен был следить за тем, чтобы все излишние расходы в государстве были ограничены, чтобы за Афинами было удержано обладание столь важным для них островом Эвбеей и чтобы как можно быстрее было сооружено большое количество военных кораблей для обеспечения господства над союзниками и господства на море. Хиос, Милет и другие города замышляли отпадение, а сатрапы Фарнабаз и Тиссаферн желали при содействии спартанцев снова овладеть греческими городами в Малой Азии. Со своей стороны и Спарта, помимо своего господства в Пелопоннесском союзе, имела все шансы достичь гегемонии на море и, таким образом, сделаться повелительницей всей Эллады. Хиос, Клазомены, Милет и другие города присоединились к пелопоннесскому союзу. При посредстве Алкивиада между Спартой и персами было заключено соглашение, по которому признавались права персидского царя над греческими городами Малой Азии; поэтому Милет был передан Тиссаферну. Спартанцы предпочитали видеть эти города во власти персидского сатрапа, чем в руках афинских демократов. Сам Алкивиад посоветовал спартанцам овладеть господством на море, подчинить себе отпавшие ионийские и геллеспонтские города и послать флот к берегам Азии. План Алкивиада состоял в том, чтобы с помощью неприятельских войск заставить почувствовать в Афинах его собственную силу, низвергнуть там демократию и при содействии нового, составленного из самых уважаемых граждан правления настоять на своем возвращении. Между тем афиняне упрочили свою власть на острове Самосе. Затем им удалось удержать Лесбос, напасть на Хиос, опустошить его и дать победоносное сражение у Милета ионянам и пелопоннесцам, бившимся под начальством Алкивиада. Они уже могли надеяться возвратить себе ионян, так как в это время хорошие отношения между Тиссаферном и спартанцами снова сильно поколебались, и условия заключенного между Спартой и персами соглашения не вполне соответствовали желаниям сатрапа относительно малоазиатских городов. Этой внезапной перемене содействовал и Алкивиад. Со времени несчастного морского сражения при Милете он стал казаться спартанцам подозрительным, вследствие чего было приказано тайно убить его. Но вовремя предупрежденный, Алкивиад успел спастись бегством. Он отправился к Тиссаферну и убедил его, что своею одностороннею помощью спартанцам он усилит только их могущество. Тиссаферн начал действовать согласно его желаниям. То было первое благодеяние, оказанное изгнанным Алкивиадом своим согражданам. При таких обстоятельствах между ним и начальниками стоявшего у Самоса афинского флота начались переговоры. Афинские триерархи и другие значительные лица во флоте ревностно желали уничтожить демократию. Алкивиад обещал афинянам посодействовать получить помощь от персидского царя и сатрапов. Но он обещал эту помощь не раньше, чем в Афинах будет уничтожено не внушающее ему доверия народное господство и власть перейдет в руки «лучших» людей, то есть аристократического меньшинства. Из числа бывших в афинском флоте стратегов один Фриних догадывался о сокровенных намерениях Алкивиада и сомневался в искренности его обещаний. Остальные приняли сторону Алкивиада в надежде на достижение власти и богатства. Писандр вместе с некоторыми другими в 412 году был отправлен из Самоса в Афины объявить и привести в исполнение принятое войском решение. Хотя народ и горячо протестовал против возвращения Алкивиада и уничтожения демократии, но убеждение, что это было единственным средством спасти государство, заставило его умолкнуть. Решением народного собрания Фриних как главный противник Алкивиада, был отвешен от должности полководца. Писандр и десять других лиц были посланы в Азию для переговоров с Тиссаферном о заключении союза. Сатрап предъявил непомерные требования. Он потребовал за персидским царем утверждения верховной власти над ионянами и права отправлять к Аттике и соседним с нею берегам столько кораблей, сколько ему заблагорассудится. Послы не могли согласиться на такие условия, и переговоры были прерваны. Тогда Тиссаферн немедленно снова сблизился со спартанцами. Несмотря на это, Писандр со своими товарищами по прибытии на Самос, у которого все еще находился флот, продолжал хлопотать о низвержении демократии. Они не отступали даже перед кровавым насилием. Множество друзей народа были убиты. Но когда аристократическая партия из 300 лучших и отборных людей попробовала напасть на настроенный в пользу демократии экипаж правительственного почтового судна «Парала», то это нападение было отбито с большим уроном. Один из руководителей демократов, Хаирей, поспешил в Афины, чтобы возвестить о победе демократической партии во флоте. Но здесь, к крайнему своему удивлению, он нашел дела в совершенно новом положении. Ораторы Антифон и Ферамен, честолюбивые интриганы, к которым присоединился и бесхарактерный Фриних, хитростью и насилием привели демократию к падению. Возвратившись в Афины, Писандр нашел дело наполовину уже сделанным. Теперь, по его предложению, прежнее государственное устройство было отменено. Вместо совета пятисот был учрежден избранный в духе олигархии и с неограниченной верховной властью совет четырехсот. Чтобы сохранить для народа видимость участия его в управлении, были избраны пять тысяч граждан, которых новый совет собирал «в случае надобности». Новый порядок вещей прямо поддерживался силой страха. Всякий, кто выказывал дух противоречия, был умерщвляем. Уничтожение государственного устройства, приобретенного афинским народом сто лет назад после изгнания тиранов, объясняется двумя причинами. Во‑первых, выдающиеся умы того времени были вполне убеждены в вырождении демократии, вследствие чего неразумная народная толпа слишком часто увлекалась красноречием честолюбивых демагогов. Во‑вторых, сами граждане истомились от непрерывных беспокойств, которые им причинял укрепившийся в Декелее неприятель. Ожидая облегчения от перемены образа правления, граждане не оказывали никакого сопротивления. Олигархическая партия, захватившая в свои руки власть в Афинах, не замедлила связаться со своими единомышленниками в Спарте и с персами. Но, прежде чем дело дошло до формального союза, в положении дел произошла новая, неожиданная перемена. Стоявший у Самоса и находившийся под начальством Фрасибула и Фрасила флот, узнав о насилиях олигархов, открыто высказался в общем собрании против нового правления в Афинах. Затем предложили вновь призвать Алкивиада, так как надеялись с его помощью доставить персидские отряды находившемуся у Самоса афинскому флоту. Войско охотно согласилось на такое предложение. В состоявшемся затем собрании войска Алкивиад распространился о своем сильном влиянии на Тиссаферна и в доказательство его благосклонного расположения к афинянам обещал, что финикийский флот, который в то время стоял уже у Аспенда в Памфилии, соединится с афинским флотом. Войско предалось самым радостным надеждам, избрало Алкивиада своим вождем и пожелало немедленно отправиться в Пирей, чтобы отомстить олигархам. Но Алкивиад доказал все безрассудство такого требования, говоря, что не следует оставлять ионян, чтобы они не стали добычей народного врага. Убедив в этом воинов, он отправился к Тиссаферну, чтобы переговорить с ним о дальнейших действиях или, по крайней мере, показать войску вид, что он намерен вступить в такие переговоры. Теперь он достиг цели всей своей предшествующей политики. Как предводитель афинян он был страшен Тиссаферну, как его друг он сделался необходимым для афинян, и в то же время он разрушал всякое доверие между Спартой и персидскими сатрапами. Весть о положении дел у Самоса устрашила афинских олигархов. Они поспешно занялись постройкой новых укреплений на северо‑западной оконечности Пирея, чтобы иметь возможность удалиться туда в случае опасности. Они страшились возможности возвращения флота в Афины и предпочитали принять в город спартанцев, чем впустить в Пирейскую гавань свой флот. Для переговоров об этом отправили посольство в Спарту. Но Антифон и Фриних вернулись, не исполнив поручения. Спартанцы, по своей недальновидности, не поняли всей выгоды такого предложения. Некоторые из олигархов, которые желали умеренной демократии и имели во главе Ферамена, воспользовались этим обстоятельством, чтобы посеять недоверие и ненависть против остальных олигархов. Они распустили слух, что олигархи хотят сдать город спартанцам. Последовало страшное волнение. Фриних был заколот среди бела дня. Убийца скрылся. Соучастник его, подвергнутый пытке, признался, что происходили тайные собрания. Опасаясь увеличения волнений, совет четырехсот отказался от дальнейшего расследования. Ферамен и его единомышленник Аристократ решили, что пришло время действовать. Они явились в Пирей и потребовали, чтобы возводимые там укрепления были разрушены. Предложение это было принято с радостью, и народная толпа, все увеличиваясь и увеличиваясь на своем пути, направилась к зданию совета четырехсот и громко требовала созыва пяти тысяч в народное собрание. Испуганный угрожающим видом народа совет четырехсот исполнил его требование. В то время, как в народном собрании было принято постановление о перемене образа правления, спартанский флот под командованием Агесандрида приблизился к городу, чтобы воспользоваться господствовавшим в нем замешательством. При этом известии, забыв все прежние ссоры, все бросились на корабли и на стены. Но Агесандрид неожиданно переменил направление и, обойдя мыс Суний, направился к Эвбее. Чтобы предупредить потерю этого острова, афиняне тотчас же послали 36 кораблей под командованием Тимохара. Но этот флот из‑за измены эретриицев и неспособности экипажа потерпел поражение. Эвбея, бывшая для Афин, по выражению Фукидида, «всем», так как афиняне получали оттуда большую часть съестных припасов, была потеряна. Это был самый жестокий удар, испытанный Афинами в течение всей войны, и больше не было никакого сомнения в том, что теперь легко завладеть Пиреем и совершенно уничтожить самые Афины. Осторожность спартанцев и на этот раз спасла афинян. Они скоро пришли в себя и проявили необыкновенную деятельность в водворении внутреннего порядка. В народном собрании было принято решение уничтожить совет четырехсот и передать правление в руки 5.000 граждан. Из олигархов только Антифону и Архептолему пришлось искупить смертью и потерей всего имущества свои действия, направленные ко вреду народа. Писандр и Аристарх успели спастись бегством. Теперь была возобновлена порванная было связь между находившимся у Самоса флотом и Афинами. Отправленное из Афин посольство восстановило полное согласие с войском и возвратило его вождю Алкивиаду все его права и почести. Вернувшись, послы объявили о превосходном результате своего посольства и к этому присоединили радостную весть о том, что афинское оружие вновь оказалось победоносным в северных морях. Казалось, счастье снова обернулось к афинянам. В том же 411 году под предводительством Фрасибула и Фрасилла афиняне выиграли два сражения со спартанцами — при Абидосе и Геллеспонте, где они помогали сатрапу Фарнабазу. Алкивиад, который также принимал участие в сражении при Абидосе, в 410 году одержал блестящую победу над спартанцем Миндаром при Кизике, в Пропонтиде. Сам Миндар пал в этой битве. Этот удар и потеря всех кораблей привели спартанцев в полное отчаяние, выраженное откровенно следующими словами из перехваченного письма к спартанскому правительству: «Счастие отступилось; Миндар убит; люди голодают; не знаем, что делать!» Фарнабаз употреблял все старания, чтобы утешить спартанцев в их поражении. Он снабдил их одеждой, съестными припасами, оружием и деньгами и старался защитить берега Геллеспонта и Пропонтиды. Но Фарнабаз потерпел чувствительное поражение при Абидосе в 408 году. Алкивиад взял Халкедон, Византию и другие города и вновь вернул Афинам господство на море и денежные источники. Озаренный блеском своих подвигов, Алкивиад после восьмилетнего отсутствия вновь пожелал увидеть свое отечество. Он мог с гордостью поднять голову: ведь Афины были подняты им из такой глубокой бездны и вознесены на такую высоту, что народ мог преисполниться самыми светлыми надеждами на будущее. С многочисленным флотом военных и транспортных кораблей вступил Алкивиад в Пирей в 407 году. Его ожидал самый пышный прием. Бесчисленная толпа народа, родственники, друзья и приверженцы приветствовали его восторженными криками, как своего избавителя. Окруженный друзьями, среди тесной толпы ликовавшего и смотревшего на него народа прошел он сначала в совет, а затем в народное собрание. Здесь он произнес защитительную речь в свое оправдание, и был избран народом неограниченным предводителем сухопутных и морских сил. Было решено возвратить ему его имущество, а высший жрец должен был снять проклятие, наложенное на него, как на осквернителя элевсинских таинств. Чтобы еще решительнее оправдаться в глазах народа в этом последнем обвинении и расположить к себе всех почитателей элевсинских таинств, Алкивиад остался в Афинах до наступления девятидневного торжества их. На шестой день этого праздника в торжественной процессии пронесли статую Диониса по священной дороге — из предместья Афин Керамика в Элевсин. Сопровождали процессию тысячи народа, выкрикивая имя Диониса. Со времени появления спартанцев в Декелее процессия эта ни разу не могла состояться. Чтобы спартанцы не осмелились воспрепятствовать процессии, Алкивиад прикрывал ее своим войском и этим оказал такую услугу, что в глазах толпы она равнялась одержанной им победе. Враги Алкивиада были крайне раздражены обожанием его со стороны народа, но ни один из них не отважился возвысить против него голос. Они почувствовали сильное облегчение, когда ненавистный им народный любимец после трехмесячного пребывания на родине в сопровождении Фрасибула покинул Афины и отправился снова к Самосу со 100 хорошо вооруженными триремами, 1.500 гоплитами и 150 всадниками. Алкивиад надеялся представить народу новые доказательства своего неизменного счастья. Никто не предчувствовал, с каким искусным противником придется ему иметь дело на театре военных действий.
Категория: Мифы древнего мира | Добавил: historays
Просмотров: 1148 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Может пригодиться

Интересное
Ворошилов в годы Отечественной войны
Общая характеристика 9-го столетия
30
ОРГАНИЗАЦИЯ БОЕВОГО ВЫЛЕТА
Гражданская война в Северном Йемене
ВЕСЕЛИЕ ВО ГОСПОДЕ
Первые годы после войны

Копирование материала возможно при наличии активной ссылки на www.historays.ru © 2017
Сайт управляется системой uWeb