Приветствую Вас Гость | RSS
Среда
22.11.2017, 04:37
Главная История России Регистрация Вход
Меню сайта

Категории раздела
РАСПУТИН [21]
Жизнь и деятельность Г. Распутина.
Сто сталинских соколов [40]
Федор Яковлевич Фалалеев
История Руси [77]
страна и население древней руси после начала государства
Повесть Временных лет [56]
"Повесть временных лет" - наиболее ранний из дошедших до нас летописных сводов.
Россия (СССР) в войнах второй половины XX века [76]
Полный сборник платформ всех русских политических партий [57]
Манифестом 17-го октября положено основание развитию русской жизни на новых началах
Ближний круг Сталина [89]
Соратники вождя
Величайшие тайны истории [103]
Хроники мусульманских государств [81]
Дворцовые секреты [145]
Война в Средние века [52]
Хронография [50]
Тайная жизнь Александра I [89]
“Пятая колонна” Гитлера [34]
Великие Россияне [105]
Победы и беды России [39]
Зигзаг истории [33]
Немного фактов [64]
Русь
От Екатерины I до Екатерины II [71]
Гибель Карфагена [48]
Спартак [101]
О самом крупном в истории восстании рабов.

Популярное
Скифия и скифский поход
Г.-м. Ермолов Главнокомандующему 1-ю армиею ген. Барклаю де-Толли, 20 сентября 1812 г.
Псамметих I и последние фараоны
Перикл, первый среди равных
Сад Эпикура
Неразрешимая дилемма
РАПОРТ М. И. КУТУЗОВА АЛЕКСАНДРУ I О СРАЖЕНИИ ПРИ БОРОДИНЕ[1]

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа


Главная » Статьи » Спартак

Ужасная участь десятого по счету

 С присущей ему энергией Красе тут же взялся за дело, и уже через несколько недель под началом его находилось шесть боеспособных легионов.
 Кроме того, сенат передал ему остатки разгромленной армии, которой до тех пор предводительствовали оба консула, так что общая численность нового войска составила около восьми легионов. Это было крупнейшее воинское образование со времен Суллы, и даже Лукулл был послан против Митридата, самого опасного противника Рима в Малой Азии, с меньшим количеством войск. Как сообщает Плутарх, в походе Красса сопровождали многие высокородные римляне, присоединившиеся к нему кто по дружбе, а кто веря в его воинскую славу.
 За ним последовали как молодые патриции, стремившиеся завоевать его расположение, так и старые рубаки, знавшие его еще со времен Суллы. 
Впечатляющей могла показаться численность армии, но не смелость, боеготовность и боеспособность солдат, ее составлявших. Боевая выучка, отличавшая когда-то римские легионы, порядком ослабла с тех пор, как начались азиатские походы. Именно тогда резко возросли и дали о себе знать недисциплинированность и изнеженность римских солдат. Офицеры стали смотреть сквозь пальцы на то, как их солдаты мародерствовали, пьянствовали и больше интересовались гулящими девками, чем римской славой. 
Особенно же выучка и мораль римских войск пострадали во время гражданской войны, когда многие полководцы использовали их для достижения личных, а не государственных целей, а потому всячески заигрывали перед ними, оказывали непривычное снисхождение, отдавали на разграбление захваченные города и в случае победы обещали раздачу земель. Первым на этот пагубный путь вступил Сулла, простив солдатам во время войны с союзниками такое страшное преступление, как убийство легата. Вместо того чтобы изобличить убийц, он открыто заявил, что надеется, что они будут сражаться еще храбрее ради того, чтобы загладить совершенное преступление. По стопам Суллы пошли и прочие императоры, и вскоре безобразия дошли до того, что лагеря римской армии смогли тягаться по степени распущенности даже с самыми развращенными городами. Солдаты не желали подчиняться приказам командиров и делали что вздумается. Все это продолжалось и после смерти Суллы. На войну римские нобили отправлялись словно в приятное путешествие, а чтобы не ощущался недостаток в комфорте, они везли с собой обширную свиту, палатки и одежду меняли в зависимости от времени года. Часто солдаты показывали спину врагу, пререкались с командирами или же вообще отказывались повиноваться им. Случаи такого рода имели место во всех походах Помпея и Лукулла; не лучше обстояло дело и в Италии, особенно в армии консула Геллия.
 Так как во всех предыдущих неудачных столкновениях с рабами римская армия показала себя недисциплинированной и ненадежной, то первой заботой нового полководца Красса стала беспощадная борьба за восстановление ее былой боеспособности. Случай к тому, чтобы навести порядок железной рукой, представился раньше, чем ожидалось, и Красе наказал своих солдат безжалостнее, чем они могли себе представить. Миллионер-полководец разработал двойную стратегию, целью которой было остановить продвижение армии рабов на север из контролируемой Спартаком Лукании как можно далее к югу от Рима, ибо по стране опять стали распространяться слухи о новом походе повстанцев на столицу.
 Сам Красе закрепился в Пиценской области, с тем чтобы не допустить противника в Кампанию, а своего легата Муммия с двумя легионами он выслал вперед, приказав ему приблизиться к войску мятежников и следовать за ним по пятам, не раздражая, однако, Спартака и не ввязываясь с ним в бой. Но Муммий горел желанием одержать наконец блистательную победу над рабами, которая покончила бы с позорными поражениями римлян. И только лишь Муммию показалось, что такая возможность имеется, как он от излишнего рвения нарушил приказ и бросился в атаку. Однако Спартак был настороже. Вместо того чтобы прийти в замешательство при виде возникших вдруг в тылу легионов, он построил свое войско в боевые порядки, перешел в контрнаступление и нанес римлянам очередное сокрушительное поражение.
 Как и во всех предыдущих боях, дикий напор рабов нагнал страху на римские войска, и, пока одни рядами падали под ударами мечей противника, другие, не помышлявшие ни о чем, кроме собственной жизни, в ужасе бросали даже личное оружие и обращались в паническое бегство. Красе, узнав о позорном поражении, разгневался и встретил своего помощника Муммия тяжкими упреками. Беглых солдат он, правда, вновь вооружил, потребовав от них, однако, гарантий того, что в будущем они станут лучше смотреть за собственным оружием. Но одного этого Крассу показалось мало. Если он хотел получить власть в Риме, то он должен был быстрым и победоносным завершением войны с рабами доказать, что не только его конкурент Помпей, но и он сам является блестящим полководцем. Однако Спартака Красе мог разгромить только с легионами, не обращавшимися в бегство при первом же соприкосновении с противником. Дисциплинированность вместо разболтанности, мужество вместо трусости, любовь к Отечеству вместо эгоизма — Красе собирался вколотить в своих солдат эти древние римские доблести, с тем чтобы в будущем собственного начальника они боялись бы больше врага. Желая восстановить былую дисциплинированность войск, он обратился к одному из законов военного времени. Наказанием части солдат Красе желал напугать всю армию. На заре существования римского государства солдата, оставившего свой пост, оказавшего противодействие командиру, совершившего противоестественные развратные действия либо иное тяжкое преступление, по приговору военного трибунала выводили на средину круга, который образовывали его же товарищи. После того как трибун наносил ему палкой или прутом первый удар, остальные набрасывались на него и били до тех пор, пока он не падал наземь — чаще всего замертво. Лишь немногие выживали после этого варварского наказания, однако всю оставшуюся жизнь должны были носить на себе безобразные знаки пережитого. Никто, даже ближайшие кровные родственники, не имел права принять или поддержать изгоя, и он превращался в своего рода живой труп. 
Иной раз этому чудовищному наказанию подвергались целые воинские подразделения, совершившие такие массовые проступки, как неповиновение командиру или бегство перед лицом врага. Если же устраивать кровавую баню по отношению к целой части или подразделению казалось нецелесообразным или же слишком негуманным, то солдаты должны были отвечать по жребию без всякого различия. В зависимости от тяжести вины и численности виновных наказанию подвергался каждый пятый или каждый двадцатый, но чаще всего каждый десятый человек. Поэтому казнь эта называлась децимацией (decimus — десятый). 
Тот же, на чью долю не выпадал смертный жребий, получал строгое взыскание и, выражаясь современным языком, с позором изгонялся в штрафной батальон, т. е. в команду смертников. Этот древний, давно уже не применявшийся закон военного времени показался Крассу единственным верным средством устрашения. О масштабе его децимаций историки спорят, ибо античные данные о них значительно расходятся. 
Так, например, Аппиан приводит даже два возможных варианта: «Прибыв на место, Красе присоединил к своей армии и два консульских легиона. Среди солдат этих последних, как терпевших неоднократно поражение, он велел немедленно кинуть жребий и казнил десятую часть. Другие полагают, что дело было не так, но что, после того как и Красе вступил в бой (со Спартаком) и потерпел поражение, он тогда по жребию казнил каждого десятого из своего войска, нисколько не испугавшись числа казненных, которых оказалось около 4000. Но как бы там ни было, Красе оказался для своих солдат страшнее побеждавших их врагов».
 За исключением последней констатации относительно воздействия этой драконовской меры, сильно преувеличенным следует считать как число казненных, так и утверждение, что в проигранном сражении принимала участие вся армия. Куда более убедительно выглядит сообщение Плутарха, утверждающего, что Красе подверг чудовищному наказанию лишь одну когорту, солдаты которой бросили оружие первыми и таким образом склонили к бегству всех остальных. Вот что он пишет: «Отобрав затем пятьсот человек — зачинщиков бегства и разделив их на пятьдесят десятков, он приказал предать смерти из каждого десятка по одному человеку — на кого укажет жребий.
 Так Красе возобновил бывшее в ходу у древних и с давних пор уже не применявшееся наказание воинов: этот вид казни сопряжен с позором и сопровождается жуткими и мрачными обрядами, совершающимися у всех на глазах». Беспримерная жестокость, к которой прибегнул Красе, произвела впечатление не только на солдат. 
По всей стране разнеслось известие об этой крайней мере, и, в то время как одни возмущались по поводу кровавой бани, устроенной римским полководцем, другие хвалили его за проявленную строгость, необходимую для восстановления дисциплины в распустившемся войске. Но наибольшее воздействие эта энергичная мера должна была произвести на Спартака, ибо от противника, столь хладнокровно и жестоко наказывающего собственных солдат, нечего было ожидать милости по отношению к противнику. Спартак был предупрежден.
Категория: Спартак | Добавил: historays (23.07.2015)
Просмотров: 626 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Может пригодиться

Интересное
Основные политические цели и задачи союза
Внешняя политика и военные силы
Основные права граждан
И з я с л а в - II (1146-1154)
НАВИСАЮТ ЧЕРНЫЕ ТУЧИ
ЦАРЬ И ВИТТЕ
Интернационалисты

Копирование материала возможно при наличии активной ссылки на www.historays.ru © 2017
Сайт управляется системой uWeb