Приветствую Вас Гость | RSS
Суббота
10.12.2022, 06:04
Главная Регистрация Вход
Меню сайта

Категории раздела
Новая история старой Европы [183]
400-1500 годы
Символы России [100]
Тайны египетской экспедиции Наполеона [41]
Индокитай: Пепел четырех войн [72]
Выдуманная история Европы [67]
Борьба генерала Корнилова [41]
Ютландский бой [84]
“Златой” век Екатерины II [53]
Последний император [54]
Россия — Англия: неизвестная война, 1857–1907 [31]
Иван Грозный и воцарение Романовых [88]
История Рима [79]
Тайна смерти Петра II [67]
Атлантида и Древняя Русь [126]
Тайная история Украины [54]
Полная история рыцарских орденов [40]
Крестовый поход на Русь [62]
Полны чудес сказанья давно минувших дней Про громкие деянья былых богатырей
Александр Васильевич Суворов [29]
Его жизнь и военная деятельность
От Петра до Павла [45]
Забытая история Российской империи
История древнего Востока [738]

Популярное
С чего началась философия
Публиий Деций Мус отец
Привоз в Рим божества Эскулапия
«Характеры» Феофраста
Столп Закона
Крез, перейдя через Галис, разрушит великое царство.
Удаление восставших плебеев на священную гору

Статистика

Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0

Форма входа


Главная » 2014 » Апрель » 13 » Репортаж из вертолета, объятого пламенем
11:58
Репортаж из вертолета, объятого пламенем
«На стене моей сайгонской квартиры висела карта, – писал М. Герр (этот «прием» применял и я в 1966–1969-х годах). Иногда, вернувшись поздней ночью до того измотанный, что сил ни на что не оставалось, я вытягивался на койке и рассматривал карту. Чудо – карта, особенно теперь, когда окончательно устарела. Досталась она в наследство от прежнего постояльца, жившего здесь много лет назад. Француза, наверное, судя по тому, что была отпечатана в Париже. После стольких лет сырой сайгонской жары бумага сморщилась и покоробилась. Вьетнам был еще разделен на прежние колониальные территории: Аннам, Тонкин и Кохинхину, а к Западу от них, за Лаосом и Камбоджей, лежал Таиланд. Королевство Сиам. Да. Действительно старая ценная карта!
Если бы призраки стран-покойниц могли являться живым, подобно призракам покойников-людей, на этой карте поставили бы штемпель «Текущие дела», а остальные карты, которыми пользуются с шестьдесят четвертого года, сожгли бы. Но будьте уверены, ничего подобного не произойдет. Сейчас конец шестьдесят седьмого, и даже по самым подробным картам ничего больше толком не поймешь. Пытаться читать их – все равно что пытаться читать лица вьетнамцев или американцев. А это – все равно что пытаться читать ветер. Мы знали, что большая часть получаемой информации поддавалась разному чтению; различные участки территории разное рассказывали разным людям. Знали мы и то, что здесь есть только война… И эту войну люди читали тоже по-разному.
Посольство США неустанно твердило о наголову разбитых «вьетконговских» частях, которые месяц спустя вновь появлялись на том же поле боя в полном кадровом составе. Вроде ничего мистического в этом не было. Просто уж если американские войска занимали территорию противника, то занимали ее окончательно и бесповоротно, а если и не могли потом удержать – то что с того? Верьте, мол, только сегодняшней информации.
К концу первой недели, проведенной в боевых порядках, писал М. Герр, он познакомился с офицером службы информации при штабе двадцать пятой дивизии в Кути. Он показал сначала по карте, а потом со своего вертолета, что сделали с населенным пунктом Хобо, стертым с лица земли гигантскими бульдозерами, химикатами и продолжительной обработкой огнем. Уничтожены были сотни гектаров как возделанных полей, так и джунглей: «противник был лишен ценных ресурсов и укрытий».
Проведенная операция показывала, что можно сделать, имея технику и сноровку обращения с ней. А если в месяцы, последующие за ее проведением, активность противника в большем районе боевой зоны «С» значительно» возросла и удвоились потери американской живой силы, то это, черт побери, никак не в Хобо, которого нет больше, а где-то на том же месте, только под другим названием. Не верьте картам! Может быть, все проходило не в Хобо, а в Бохо?
…Перед выходом в ночные операции медики раздавали солдатам таблетки. Декседрин. Несет от них, как от дохлых змей, слишком долго закупоренных в банке.
М. Герр знавал одного парня из подразделения поисковой разведки Четвертой дивизии, тот глотал таблетки пригоршнями: горсть успокаивающих из левого кармана маскировочного комбинезона, и сразу вслед за ними горсть возбуждающих из правого. Правые – чтобы сразу бросило в кайф, левые – чтобы поглубже в него погрузиться. Он объяснял, что снадобье приводит его в «должную форму».
Парень тот служил во Вьетнаме третий срок. В шестьдесят пятом он единственный уцелел, когда в горной долине перебили взвод «кавалерийской»11дивизии, в котором он служил. В шестьдесят шестом он вернулся во Вьетнам в составе частей специального назначения. Как-то его подразделение угодило в засаду. Он спрятался под трупами однополчан, пока вооруженные ножами партизаны проверяли, кто из раненых еще жив. Сняв с убитых амуницию – в том числе и зеленые береты, – они ушли. После этого он и не мог представить себе иного занятия на войне, кроме поисковой разведки.
– А вернуться обратно в мир просто не могу, – сказал он. И вспомнил, как ездил домой в последний раз: сидел днями напролет, заперевшись в своей комнате, и иногда выставлял в окно охотничье ружье, ловя на мушку прохожих и проезжавшие мимо автомобили. Из всех чувств и мыслей оставалось лишь ощущение пальца на спусковом крючке. – Родных моих это сильно нервировало, – сказал он. Но и они нервировали его. Полная взаимность. (Вьетнамский синдром в таком виде не изжит до сих пор.)
Солдат, казалось, вечно был настороже, все что-то искал. Спал, наверное, и то с открытыми глазами. Все боялись его. Он носил золотую серьгу и повязку, выдранную из маскировочной парашютной ткани. Никто не решался приказать ему подстричься. Волосы у него отросли ниже плеч, закрывая толстый багровый шрам. Даже в расположении дивизии он шагу не делал, не взяв с собой нож и «кольт».
Но что за историю рассказал он! Более глубоких рассказов о войне журналист никогда не слышал. Вот например:
– Патруль ушел в горы. Вернулся лишь один человек. И тот скончался, так и не успев рассказать, что с ними произошло.
Герр ждал продолжения, но его не было. Тогда он спросил, что же было дальше? Солдат посмотрел с сочувствием. И на лице его было написано: «Кретин ты, твою мать!.. Какое тебе еще нужно продолжение?»
Он был убийцей, одним из лучших убийц…
«Больше я никогда с ним не разговаривал, хотя и видел еще раз, – писал М. Герр. – Когда следующим утром разведчики вернулись, он вел с собой пленного. У пленного были завязаны глаза, скручены руки за спину. Ясно, что во время допроса пленного к палатке никого посторонних не подпускали. Да и вообще я уже стоял на взлетно-посадочной полосе, ожидая вертолета. Тот солдат готовился к очередному поиску.»
«Приходилось ли вам писать репортаж из вертолета, объятого пламенем?» – как-то спросили репортера. «Нет, – честно ответил тот. – Иначе как бы я выжил?»
Вертолетчики говорят, что если однажды на борту был покойник, то он навсегда там и останется, так и будет с тобой летать.
Как все прошедшие фронт, вертолетчики суеверны. Но о близком «общении» с мертвыми вертолетчик хранит память на всю жизнь. И это невыносимая правда. Вьетнамский синдром.
Аэромобильность, усиливает чувство неуязвимости, вездесущности. Техника. Она спасала человеческие жизни, но она и отнимала их. (Лучшая «мобильность» – это убраться домой. Но это – еще и дезертирство.)
Страх и движение, страх и топтание на месте. Трудно выбрать, что лучше – ожидание действия или само действие. Бой щадил гораздо больше людей, чем убивал. Но от перерывов в боях страдали все, особенно тогда, когда ежедневно шли на поиски следующего боя. Тяжко идти в бой маршем; страшно – на грузовиках и бронетранспортерах, жутко – на вертолетах, хуже всего – на вертолетах, когда тебя несет с такой скоростью навстречу такому кошмару.А уж если попал в вертолет, подбитый наземным огнем, и выжил, то «вертолетный комплекс» гарантирован до конца дней.
Однажды при «горячей посадке», когда вьетконговцы встретили ураганным огнем из-за деревьев, росших примерно в ста метрах от места приземления, лица солдат вжались в болотную жижу; огонь заставил ползти по-пластунски туда, где траву не раздувал ветер, поднятый вертолетными винтами. Не Бог весть какое укрытие, а все же лучше, чем ничего. Не успели все высадиться, а вертолет уже взмыл в небо, заставив последнюю группу солдат прыгать между двух огней – наземных пулеметов и вертолетного из дверного проема. Потом капитан устроил перекличку. Ко всеобщему удивлению, жертв не было, никто не пострадал, кроме одного солдата, растянувшего ногу при прыжке с вертолета. Он припомнил потом, что, барахтаясь в болотной грязи, больше всего боялся пиявок…
…Когда в сто семьдесят третьем батальоне служили молебен по солдатам, на плацу выстраивали ботинки убитых. Такова была старая традиция воздушно-десантных войск. Рота пустых башмаков находилась в тени, принимая-благословение. Их истинные адресаты были отправлены в пронумерованных мешках домой через так называемое «Бюро путешествий для покойников». Многие восприняли башмаки как торжественный символ и погружались в молитву.
Молитвы произносились в Сайгоне, в дельте Меконга, в горах, в блиндажах морских пехотинцев, на «границе» вдоль демилитаризованной зоны. Но на каждую молитву с одной стороны приходилась молитва с другой. Молитвы бывали разные. Одни взывали к Богу. Другие… – к политическим руководителям, на которых нет креста. И трудно было сказать, чья возьмет верх. В Хюэ мать императора вплетала в волосы зернышки риса, чтобы вокруг летали и кормились птички, пока она молилась. В обшитых деревом кондиционированных кабинетах-«часовнях» командования Миссии американской военной помощи (МАЛО) во Вьетнаме, служаки кадили вовсю, молили милосердного доброго Бога Иисуса благословить склады боеприпасов, батареи стопятимиллиметровых гаубиц и офицерские клубы. После службы вооруженные лучшим в истории оружием патрули несли смерть людям, чьи жрецы умели сами сгорать на уличных перекрестках, оставляя лишь кучки серого пепла. Из глубин аллей и из-под сводов пагод доносились слова буддийских молитв о мире. Сквозь тяжелый запах азиатских улиц пробивался аромат курящихся благовоний.
Суеверными в Сайгоне становились все. Как-то посол США Генри Кэбот Лодж прогуливался в сопровождении журналистов по сайгонское зоопарку, и сквозь прутья решетки на него помочился тигр. Лодж изволил пошутить: «Тому, кто обрызган тигриной мочой, грядущий год не может не сулить успеха». Лоджа ждали роковые неудачи. Тиф был ни при чем… Суеверие и приметы не помогали.
Люди гибли ежедневно из-за мелочей. Человек чересчур устал, чтобы застегнуть даже пуленепробиваемый жилет, устал, чтобы почистить винтовку, чтобы прикрыть ладонями зажженную спичку, чтобы соблюдать обеспечивающие безопасность правила, требуемые на войне. Просто солдат чересчур устал. Казалось, что обессилела сама война; полуобезумевшая военная машина катилась куда-то сама по себе в состоянии полной депрессии. Целые дивизии действовали как в кошмарном сне, проводя боевые операции без всякой логической связи с их основной задачей. Машина разладилась, а настроить ее было нельзя. И проводили любые исторические параллели.
Солдаты сходили с ума кто в разгар боя, кто в патруле, кто вернувшись в лагерь, кто в отпуске, а кто и месяц спустя после возвращения домой. Помешательство стало неотъемлемой частью службы во Вьетнаме.И этот синдром продолжается и четверть века спустя.
В 60-х годах в Америке уже начали понимать, что вьетнамскую проблему можно решить только одним путем: всех, даже дружественных, вьетнамцев погрузить на корабли и вывезти в Южно-Китайское море. Потом разбомбить страну, измельчить в порошок, а корабли затопить. Побелить эту страну нельзя, можно только уничтожить, и они принялись за уничтожение с захватывающим дух пылом, не оставляя камня на камне. Но посеешь ветер, пожнешь бурю…
Категория: Индокитай: Пепел четырех войн | Просмотров: 1125 | Добавил: historays | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Может пригодиться

Календарь
«  Апрель 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930

Архив записей

Интересное
ОБ УБИЕНИИ БОРИСА.
41
Использование облачности в воздушном бою
Карьера при Сталине
VII. Рабочий вопрос
Н и к о л а й (1825-1855)
ДЕЛО О СТЕЛЛЕРОВОЙ КОРОВЕ

Копирование материала возможно при наличии активной ссылки на www.historays.ru © 2022
Сайт управляется системой uCoz